Нет места родней родительского дома. И нет воспоминаний надёжней фотоальбома. Исколесив полмира, я всегда возвращаюсь назад, А потом заново – отель, аэропорт, вокзал.
Дорога тянется наверх серпантином, и Много людей встречаются на пути нам, но Тех, кто помог тебе — забывать не торопись. Ты встретишь их еще раз, когда будешь падать вниз.
Мы все когда-нибудь там будем, смирись с этим Времени мало, что бы спать, высплюсь на том свете На этикетке от моей судьбы нет дат Но я заранее за упокой уже вдат На часах полночь, впереди ночь Похожая на сотни предыдущих точь-в-точь В моём календаре нет не суббот не воскресений Мне надоело умирать и ждать воскрешенья Не обещай навещать ничему это просто иногда цитируй строчки этого куплета Всё что я берегу на другом берегу Но у меня в запасе вечность — перекур.
Я до последнего вздоха не разожму кулаки, И мне плевать, что мир хочет видеть меня другим. Кукловодам нужны зомби без разума. Пока не их руки в крови, они безнаказанны.
Этот мир сделал из меня эгоиста. Здесь не дают парить — следят, чтоб ты летал низко. Меня ведь всё равно нет в списках на проход в в Эдэм, Так почему же мне нельзя грешить, как и всем?
Так много нужно успеть, так много нужно спеть А за спиной уже от жизни как минимум треть Время тлеет, оседая пеплом на ресницах И нам наверное пора заранее простится Стрелки делают круг, подводя итог И земля в который раз уходит из под ног Если бы я только мог удержать его бег И ещё хотя бы век не смыкать век Но маятник опять рушит выдуманный мир И клавесин в который раз завис на ноте ми На секундомере жизни отказали тормоза Я устал переводить свои радо назад Время не даёт поблажек и не выделяет льгот Вот уже который год дни превращая в лёд Меня играет местами на свой лад Но я готов сразится с ним не надевая лат.
И пусть другие что хотят творят — их воля. Ошибки не стереть, сколько бы ты там слез не пролил. Судьба не долго холит и лелеет лицемеров. Хоть башкой об стену бейся, лишь бы душа уцелела.