Этот мир нам не опора, он и «да», и «нет». То, что ярко пролетает мимо, гаснет; То, что громко и огромно, то стихнет, Исчезая за словами, будто их нет.
Тогда было так, если друг, то навсегда до последнего, К своим годам мы прибавляли ещё чьи-то года. Чтобы казаться взрослее мы обгоняли тебя время. Да, мы посмели.
Ты здесь, чтобы быть первым, малыш. Они уходят вперед, пока ты здесь сидишь, Видишь, надо успеть сесть, съесть, попасть в новую сеть, Здесь Мало места, А таких как ты много, И все хотят чего-то от тебя или бога.
— Увяли жены, умерли, не дождались мужей. — А где мужья их, где их столько носит? — С врагами воевать ушли давно все. — И где враги со своей грозной ратью? — Там, за рекой, где раньше жили наши братья. — И где теперь они? Что стало с братьями? — Братья нам стали врагами заклятыми. — Но где причина, чтобы идти на погибель? — Те, кто это помнят, давно в могилах.
Кучка безумцев с охапкой законов, Их правда условна, Всем понятно, что они виновны. Но как слепые, многие готовы смириться – В итоге, не слышно выстрелов, Но есть убийства.
Люди — как цветы. Одни растут среди пыли и асфальта и стараются быть на них похожими. Они даже не стремятся узнать, что такое ласка солнца и свежесть дождя. Они увядают незрелыми бутонами.