Альберто Марини. Консьерж

Когда ты училась в школе, тебе нравилась история, Клара? Или точные науки? Я любил и то и другое и был очень прилежным учеником. Математику — потому что там порядок, все четко. А историю — потому что ничего не меняется, люди остаются такими же. Людовик Четырнадцатый, Король-солнце, меня восхищал больше всех. И он похож на нас с тобой, знаешь? В его правлении было два этапа, очень разных: один злой и кровавый, а второй — мирный, благородный… Два этапа, которые повлияли на страну, на весь континент, на жизнь миллионов людей. А знаешь, почему он так резко изменился? Свищ, Клара, фистула, не больше и не меньше. Все изменилось, когда врачи короля избавили его от маленького свища прямой кишки, который осложнял ему жизнь. Все изменилось настолько серьезно, что некоторые историки делят его правление на «ante fistulam» и «post fistulam»… Я люблю историю, потому что она учит нас жизни, Клара. То, что произошло с Людовиком, учит нас, что наше счастье или горе определяют самые маленькие детали...

Воспоминание о счастливых моментах — это всего лишь приятное воспоминание и не больше, но воспоминание о моменте печали — это уже не память, это чистая и настоящая боль.

Любить кого-то — это всегда риск.

Киллиан попытался распланировать день. В последнее время ему не удавалось выполнить ничего из своих планов, но ему был необходим, как воздух, четкий список дел. Неопределенность его тревожила; было легче иметь план, даже не выполняя его и укоряя себя за это, чем не иметь плана вовсе.

Сплетни — это как национальный вид спорта.

Убить или ранить может любой, но играть с чужой жизнью, менять настроение, состояние души или даже судьбу человека, оставаясь при этом в тени, — одним словом, быть богом может далеко не каждый.

Перекладывать с больной головы на здоровую — это у нас национальный вид спорта.