Алекс Кош. Огненный орден

— Вельхеор? — переспросил Даркин. — Да он же полный псих! Без него будет гораздо безопаснее! Заметив выражение моего лица, он быстро обернулся и столкнулся нос к носу с Вельхеором. Вампир усмехнулся своей фирменной улыбкой, растянувшейся от уха до уха, и наклонил голову набок, ожидая продолжения. — …говорят все вокруг, а я говорю: «Не-е-ет, вы неправы», — торопливо продолжил Даркин. — Ой, привет, Вельхеор.

Предательство — не самое плохое времяпровождение.

Лишь самые бездарные войны проходят в длительных и кровопролитных сражениях. Настоящему полководцу достаточно одного точно выверенного удара.

— Так, ну и где же твой труп? Поинтересовался офицер Девлин. Гром насупился: — Э, ты так не шути. Мой труп, если все будет в порядке, ты увидишь еще не скоро. А труп этого бедняги лежит вон там за ширмой.

— Вельхеор, останови его! — Нет! — Почему?! — По религиозным убеждениям я никогда не стану предотвращать массовую бойню!

... Тайные общества могут создаваться фанатиками, в них могут входить чудаки, но на вершине всегда стоит расчетливый ум.

Вельхеор действительно опасен, к тому же может оказаться весьма обидчивым, как это свойственно всем психически неуравновешенным существам, будь то люди, вампиры или кто-то еще. А обиженный Высший вампир… брр…

— Мы должны будем помогать Ремесленникам?! — ужаснулась вампиры. — Да, — резко ответил Кельниимир. — Еще один риторический вопрос — и поголовье вампиров в этом захолустном городке начнет сокращаться очень быстрыми темпами.

Все всё знают или по крайней мере догадываются. И все не торопятся воспользоваться своим знанием, заключая шаткие союзы и подбирая наиболее оптимальное время для одного-единственного, точного удара в спину. Это и есть политика.

Кто назвал подлым удар в спину? Если ты настолько беспечен, что позволил врагу его нанести, то виноват в этом только ты сам.

В моих планах на жизнь смерти нет.

Храбрость — это умение превозмочь страх. Бояться, но, несмотря ни на что, идти вперед. А когда вместо того чтобы заглянуть своему страху в глаза и победить его, человек превращается в боящееся всего и вся агрессивное существо… Ну это так не эстетично, честное слово.

Иногда молчание гораздо красноречивее слов. Когда есть с кем помолчать...

Если единственный выход — насилие, то это однозначно наш выбор.

— У вас просто идеальное государство какое-то, — удивленно сказал я. — Все довольны. А что у вас с преступлениями, воровством например? — У нас нет воровства. — Как это? — Вот так. Наши законы довольно суровы. К примеру, наказание за убийство — смерть. За нападение на вампира — смерть, за разбой на дорогах — смерть, за воровство… — Дай-ка я догадаюсь — смерть? — Именно, — подмигнул вампир. — Видишь, как, оказывается, просто убедить людей соблюдать все законы.