Александр Романович Лурия. Маленькая книжка о большой памяти

... Вот пример того, как я часто замечаю противоречия. Вы все читали рассказ Чехова «Злоумышленник». А есть там какой-нибудь неправильный момент?... Вот слушайте. Следователь говорит крестьянину: «Ага, а ты что, не знаешь разве, что гайками привинчиваются рельсы к шпалам?» − Это правильно? Нет? А у Чехова так написано. Я ведь вижу это, и вижу, что это не так! Я ещё раз перечитываю: нет, гайка для этого не подходит... ... А кто читал «Хамелеон»? «Очумелов вышел в новой шинели...». Когда он вышел и увидел такую сцену, он говорит: «Ну-ка, околоточный, сними с меня пальто...». Я думаю, что я ошибся, смотрю начало − да, там была шинель... Ошибся Чехов, а не я... ... И ещё пример. Возьмите «Толстый и тонкий». Гимназисты раньше носили форму, а там говорится: «Вначале он как-то несмело носил шапку», а дальше «услышав, что он генерал − он поправил фуражку». Таких моментов много можно найти и у Чехова, и у Шолохова. Ведь они не видели, а я вижу». (Опыт 15/ III 1951 г.).

«Стояли на полке два тома по 400 страниц. Книжный червь прогрыз книги от 1-й страницы первого тома − до последней страницы второго. Сколько страниц он прогрыз?»