«Ему было невдомек, что душевная черствость и грубость чувств оскорбляют не меньше, чем словестная грубость... А ведь он любил свою жену!Ему было невдомек, что душевная черствость и грубость чувств оскорбляют не меньше, чем словестная грубость... А ведь он любил свою жену!