Андрей Ангелов. Антология авантюриста

Родился я в СССР. Нет, ностальгии по совку нет. И никогда не было. Злости – тоже. Рождение шло трое суток. В возрасте 1-го года меня сглазили, почти умер. Но, у судьбы были свои планы насчёт меня.

По мироощущению, работать не люблю. Как-то надоело, откровенно. Меня и любимая работа задирает, а нелюбимая, чисто ради зарабатывания бабла – тем паче. Впрочем, не работать тоже задирает.

Меня пугают люди, которые готовы работать бесплатно, за идею. Я их всегда подозреваю в злом умысле.

Судьба мне доказала, что я не только могу, но и умею – лгать. Иногда я – жалкий приспособленец. И лицемер. В своих книгах не лгу, то место, где можно побыть самим собой, поскольку ложь мне всё-таки противна.

…моя жизнь – это увлекательный роман. С прицелом на фильм. Как и в книгах, — у моей жизни нет чистого жанра, а смесь оных: цинизм и лирика, чёрная сатира и комедия абсурда, гротеск и фантасмагория. И россыпь потрясающих ситуаций, которые складываются в занимательные истории. По своей сути, эта книга — антология новелл, где каждый рассказ – отдельно взятая жизнь в рамках Андрея Ангелова…

Мой однокласник Дятел. Наше знакомство началось тогда, когда в 6 классе я пришёл в новую школу, где мой отец был директором. Я сел с Дятлом, а на переменке Стефан захотел утащить стул Дятла. Я не дал, и случилась драка между мной и Стефаном. По итогу стул я отстоял, а Дятел мне сказал «спасибо», но это не точно. Через 10 лет Дятел станет ментом позорным, и заберет меня пьяным в медвытрезвитель. Забыв про то, что я из-за Его стула получил по роже. Сегодня, в 2024-м, Дятел на полицейской пенсии.

Жизнь Андрея Ангелова – это «Безумные сказки Андрея Ангелова». Не в творческой вселенной автора, а наяву.

У любой, даже самой мудрой и гуманной власти, должна быть оппозиция. Иначе власть превращается в диктатуру или в пустышку. По натуре – я оппозиция в принципе.

Когда меня позвали в военкомат, то признали не годным «в мирное время». В 1993-ем время было мирным, правда, через год полыхнуло в Чечне. Мой призыв туда и поехал, включая и Рыжего. Виталик — вернулся живым, целым и без потёкшей крыши.

На покойников я смотрю с подозрением. Всегда думаю, что он – откроет глаза, встанет, и так далее. Пугает сам возможный факт, а не то, что труп превратится в зомбаря, съест тебя, и прочая. Как раз байки о зомби — меня улыбают. Меня напрягает, что труп в натуре оживёт.

Врагов как таковых у меня – нет. Надеюсь, что не будет. Чем меньше друзей, тем меньше врагов, кстати.

Я мечтал стать режиссёром кино, а стал – писателем. В точности не могу сказать, почему. А если могу, то долгий разговор, который будет сопровождать мой мучительный самоанализ. Речь о большом кино, в отличие от него, ряд больших во всех смыслах книг – я сотворил. Уже сотворил, как минимум.

Через 11 лет после рождения – я начал курить, а после перевода в школу отца – бросил. Правда, всего на 4 года.

Моё детство было не трудным и не голодным.

Мне проще договориться с кем-то, чем с самим собой.

К правде как к явлению — отношусь с иронией. Возможно поэтому моя собственная правда – также иронична.