28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Улитка на склоне

37 цитат

В некоем условном месте и в не менее условное время (вполне подойдет – «здесь и сейчас») существует Лес — гигантская квазиразумная экосистема, целенаправленно формирующая сама себя. Лес производит огромные объемы пищевых ресурсов, пригодных в пищу, в отдельных местах — даже съедобную почву, по вкусу и по фактуре напоминающую сыр. Лес оказывает тормозящее воздействие на психику, в его границах реализуются экзотические процессы упорядочивания биомассы, включая управление любыми элементами социума, локализованными на его территории. Для изучения Леса и освоения его ресурсов создано Управление — что-то среднее между базой геологоразведки и филиалом академии наук. Две параллельные линии сюжета: микробиолог, попавший после аварии вертолета в деревню аборигенов, который никак не может вернуться в Управление, и — филолог, специалист по японской прозе, непонятно как и зачем командированный в Управление. Сюрреалистичный мир, в котором есть место и расплодившимся бюрократам, и самоотверженным ученым–исследователям, и жрицам кошмарного культа партеногенеза, и одиноким философам, безуспешно пытающимся понять этот мир.

Или ты, может быть, не понимаешь, что это такое — нужен? Это когда нельзя обойтись без. Это когда все время думаешь о. Это когда всю жизнь стремишься к.
Слушайте, книги, а вы знаете, что вас больше, чем людей? Если бы все люди исчезли, вы могли бы населять землю и были бы точно такими же, как люди. Среди вас есть добрые и честные, мудрые, многознающие, а также легкомысленные пустышки, скептики, сумасшедшие, убийцы, растлители, дети, унылые проповедники, самодовольные дураки и полуохрипшие крикуны с воспалёнными глазами. И вы бы не знали, зачем вы...
— Я тебя здесь давно жду. — Я знаю, — сказал он. — А почему же ты шел мимо? В самом деле, почему? — подумал он. Наверное, потому, что мне было все равно. — Мне было все равно, — сказал он.
— Перец · книга
И теперь ей, наверное, уже стало совершенно ясно все то, о чем раньше она только догадывалась: что никакой свободы нет, заперты перед тобой двери или открыты, что все глупость и хаос, и есть только одно одиночество...
Но ты знаешь, есть такое мнение, что для того, чтобы шагать вперёд, доброта и честность не так уж и обязательны. Для этого нужны ноги. И башмаки. Можно даже немытые ноги и нечищенные башмаки... Прогресс может оказаться совершенно безразличным к понятиям доброты и честности, как он был безразличен к этим понятиям до сих пор. Управлению, например, для его правильного функционирования ни честность, ни доброта не нужны. Приятно, желательно, но отнюдь не обязательно. Как латынь для банщика. Как бицепсы для бухгалтера. Как уважение к женщине у Домарощинера... Но всё зависит от того, как понимать прогресс. Можно понимать его так, что появляются эти знаменитые «зато»: алкоголик, зато отличный специалист; распутник, зато отличный проповедник; вор ведь, выжига, но зато какой администратор! Убийца, зато как дисциплинирован и предан... А можно понимать прогресс как превращение всех людей в добрых и честных. И тогда мы доживём когда-нибудь до того времени, когда будут говорить: специалист он, конечно, знающий, но грязный тип, гнать его надо...
— Перец · книга
Непонятное всегда страшно. Хорошо бы научиться не бояться непонятного, тогда все было бы просто.
— Перец · книга
Я знаю только, что они способны на любые крайности, на самую крайнюю степень тупости и мудрости, жестокости и жалости, ярости и выдержки. У них нет только одного: понимания. Они всегда подменяли понимание какими-нибудь суррогатами: верой, неверием, равнодушием, пренебрежением. Как-то всегда получалось, что это проще всего. Проще поверить, чем понять. Проще разочароваться, чем понять. Проще плюнуть, чем понять.
— Перец · книга
Как же ты еще никак не можешь понять, что ничего нет на свете, кроме любви, еды и гордости. Конечно, все запутано в клубок, но только за какую ниточку не потянешь, обязательно придешь или к любви, или к власти, или к еде...
— Алевтина · книга
Однообразная работа – это тоже работа. Однообразное удовольствие – это тоже удовольствие. Это не причина для разговоров о смерти и тому подобном.
— Винни-Пух · книга
— Непонятное всегда страшно. Хорошо бы научиться не бояться непонятного, тогда все было бы просто. — А по-моему, просто не надо выдумывать <…> Если поменьше выдумывать, тогда на свете не будет ничего непонятного.
— Перец · книга
Необходимость не может быть ни страшной, ни доброй. Необходимость необходима, а всё остальное о ней придумываем мы...
И вдруг он обнаружил, что он один. У него никого не было. Вокруг спят люди, и все они любят меня, я это знаю, я много раз это видел. И все-таки я один, словно они вдруг умерли или стали моими врагами...
— Перец · книга
Смысла жизни не существует и смысла поступков тоже. Мы можем чрезвычайно много, но мы до сих пор так и не поняли, что из того, что мы можем, нам действительно нужно. Он даже не противостоит, он попросту не замечает. Если поступок принёс вам удовольствие — хорошо, если не принёс — значит, он был бессмысленным...