Дуглас Коупленд. Планета шампуня

История мертва, а живо то, что сегодня, сейчас. История завидует тому, что сегодня и сейчас, завидует живому.

Стероидное тело — это визуальный эквивалент бифштекса, который приготовлен из такого нежного-пренежного мяса, что хоть вилкой его режь.

Просыпайся — мир живет.

Мне кажется, в нашей ДНК есть какой-то изъян, который снова и снова вызывает у человека потребность скатываться назад, в дремучее средневековье.

Интересно бы выяснить, готовы ли те, кто обвиняет тебя в скрытности, сами выворачивать себя наизнанку.

— Что я думаю, сэр? — спотыкаюсь я. — Я думаю, для того, чтобы быть счастливым — чтобы подходить к будущему с правильным, позитивным настроем, — нельзя зацикливаться на мысли, что жизнь не так хороша, как была когда-то. Жизнь сейчас по определению должна быть лучше, чем когда-либо в прошлом, и в будущем она неизбежно будет все лучше и лучше.

Ваша неспособность достичь подлинного одиночества вынуждает вас довольствоваться ущербными отношениями.

Ваша способность находить разумное обоснование собственным дурным поступкам приводит вас к убеждению, что мир вообще аморален, точно так же, как и вы сами.

Ты понимаешь, что беден, когда сквозь стены твоей квартиры слышишь звуки чужой жизни.

Запомни: момент, когда ты острее всего чувствуешь свое одиночество, это тот момент, когда нужнее всего побыть одному.