Автобус отходил в семь часов десять минут утра. Мне надо было быть на станции чуть раньше семи. Мама объявила, что она встаёт поздно, поэтому не стоит ждать, что она станет утром со мной прощаться. «Я знаю, как ты выглядишь, я знаю, как выглядит автобусная станция. К тому же прощания слишком сентиментальны».
— Все зависит от того, что ты имеешь в виду под словом «жили». Если ты, например, одну ночь спал в городе, значит ли это, что ты в нем жил? Или спал две ночи? Или провел в нем неделю? — Жил — значит, распаковал все вещи.
На улице в воздухе висел туман. Я поплотнее закуталась в пальто. Ко мне подошли три девочки во главе с той, которая уколола меня карандашом. За ними подошли другие, и я оказалась окруженной. «Ты думаешь, что ты лучше нас?» — спросила черная девочка с миндальными глазами. «Нет, — ответила я, — я думаю, что все одинаковые». «Значит, ты думаешь, что ты такая же умная, как я?» — спросила девочка и ударила меня. Я не подняла руки, а только плотнее держала их сложенными на груди, и девочка заметила, что на моем пальто нет пуговиц. «Эй, у нее пальто без пуговиц!» — закричала она. Казалось, что этот факт давал ей индульгенцию делать со мной все, что угодно. Девочка ударила меня в грудь, и я упала.