Джек Лондон. Северная Одиссея

И я дивился, почему те, которые придут за нами, обречены продолжать борьбу тех, кто уже ушел, и не видел в этом справедливости.

— Ну, кто же он? — Не знаю. Не хотел разговаривать и ушел в себя, как улитка. Любопытнейший субьект.

Он был такой высокий и сильный, что, казалось, земля дрожит под тяжестью его шагов.

— Нет, Принс, здесь что-то кроется, помяни мое слово. Мы еще услышим о нем, если он останется в наших краях. — А если нет? — Тогда великодушию моему будет нанесен удар и плакали мои шестьдесят унций.

Человек подвинулся ближе к печке, словно боясь, что огонь, этот дар Прометея, вдруг исчезнет.

Люди мечтали хотя бы о небольшой передышке. Кроме того, Клондайк был новым северным центром, и им хотелось пожить немного в этом Золотом Городе, где золотой песок льется, как вода, а в танцевальних залах никогда не прекращается веселье.