Джон Фаулз. Волхв

Волки в одиночку не охотятся — всегда стаей. Одинокий волк — это просто красивая легенда.

В ней было нечто настоящее, женское. Мягкость без слезливости, открытость без наивности. Так хотелось говорить ей колкости, подначивать. Но ее колкости напоминали ласку.

Как видите, действительность не имеет большого значения. Даже осьминог предпочитает иллюзию.

— Морис Кончис

Так развращает война. Свободу воли затмевает гордыней.

Недозрелый месяц завис над планетой Земля, мертвый — над умирающей.

...количество счастья и горя закладывается в нас при рождении. Денежные превратности на него мало влияют.

Я прошел несколько собеседований. И, коль скоро не собирался проявлять того щенячьего энтузиазма, которого у нас требуют от начинающего чиновника, никуда не был принят.

— Николас Эрфе

Этот серый, упорный, вечно доверчивый взгляд, взыскующий правды, заставил меня солгать.

Не нужно вежливости. Вежливость всегда скрывает боязнь взглянуть в лицо иной действительности.

Не государства воюют, а люди. Будто зарабатывают право на соль. Тот, кто вернулся, обеспечен солью до конца дней своих.

Ирония вам не к лицу. Она делает вас беззащитным.

В мире, где во главе угла отчаянная борьба за экономическое выживание, любое чудачество, любая оригинальность покажутся нарочитыми.

Вот, значит, как то бывает: двести истасканных, замусоленных слов — и конец.

Я не молился за упокой, ибо молитвы тщетны; я не оплакивал ни ее, ни себя, — ибо дважды оплакивают одно и то же лишь кстраверты; но, окутанный ночным безмолвием, неимоверно вражде…

Таким тоном женщина говорит, когда хочет вас остановить, но куда сильнее – чтобы вы не останавливались.

— Что это? — Хиосское раки. Очень крепкое. Хочу вас слегка подпоить. А за едой настойчиво подливал мне хмельного розового вина с Андикитиры. — Чтобы усыпить бдительность? — Чтобы…