Афоризмы
29 июля 2026, среда
Раздел

Джон Гришэм. Камера

18 цитат

Больше двадцати лет Сэм Кэйхолл ждет казни за совершенное им когда-то жестокое преступление. Скоро приговор должны привести в исполнение. И тогда в отчаянную борьбу за жизнь Сэма неожиданно включается его внук, молодой адвокат из Чикаго Адам Холл. Еще осталось время – дни, часы, минуты, – чтобы добиться отмены приговора. Но «особые люди» уже занялись подготовкой газовой камеры, у стен тюрьмы уже митингуют противники смертной казни, а телевизионщики растянули провода и установили камеры в надежде на сенсационные репортажи. Сумеет ли Адам помочь человеку, разрушившему не только чужую жизнь, но и жизнь собственной семьи? Сможет ли он найти общий язык с дедом – ведь между ними не только нагромождения лжи, но и постыдные семейные тайны? И главное – сумеет ли начинающий адвокат раскрыть главный секрет Сэма? Как далеко он готов пойти ради этого? Ведь, спасая деда, он может поставить под угрозу собственную жизнь…

Я же адвокат, а адвокаты кого только не защищают — и убийц, и растлителей, и сбытчиков наркотиков, и насильников, и террористов. Мы, адвокаты, народ непопулярный.
— Адам Холл · книга
— Что тут плохого, если игрок требует столько денег, сколько сможет получить? — Кто же стоит пяти миллионов в год? — Никто. Но если звезды рока делают по пятьдесят миллионов в год, почему бы спортсменам не сделать хотя бы несколько?
— Фелпс Бут · книга
Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.
— Сэм Кейхолл · книга
Он носил рубашку и брюки темно-оливкового цвета, идеально сочетавшиеся друг с другом и идеально выглаженные. Складки и линии удивительным образом сохранялись до конца дня. Внизу брюки убирались в черные кожаные ботинки военного образца, начищенные и дважды в день полировавшиеся до ослепительного блеска. Ходил слух, что кто-то однажды видел пятно грязи на одной из подметок, но слух не подтвердился.
Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.
Дэниел Розен слыл чудовищем, но два сердечных приступа сделали его покладистее. В течение тридцати лет это был беспощадный, самый злой, скандальный и, без сомнения, самый ловкий участник разнообразных судебных тяжб в Чикаго. До первого приступа он был известен своей способностью работать на износ — по девяносто часов в неделю. Его бросили несколько жен. Четыре секретарши одновременно еле поспевали за ним.
Мы любим прессу. Мы же судебные адвокаты. Род нашей деятельности предполагает, что мы должны спокойно относиться к фото — и телекамерам.
— Адам Холл · книга
Репортерши с огнем в глазах, избытком косметики на лице и полным отсутствием знания тонкостей закона изливали перед камерой свои предсказания.
— Такой прекрасный вид из окна. Я многое бы отдал за такой вид, а то сижу в норе, от нее до ближайшего окна целую милю шагать. — Работайте как следует, зарабатывайте — и в один прекрасный день все будет вашим. — Только не моим.
— Адам Холл · книга
У адвокатов очень долгая память. Сегодня ты кому-то перерезал глотку, и он не забудет: годами будет лежать в засаде, выжидая удобный момент, чтобы сполна вернуть тебе «долг».
Мы выжили и процветаем в жестком и запутанном мире чикагской юриспруденции. Нас считают последними мерзавцами в городе. У нас самая толстая шкура.
— Гарнер Гудман · книга