Между свиньями и людьми ныне нет и не может быть коренных противоречий. У них одни и те же заботы и трудности, одни и те же проблемы, в частности, касающиеся работы.
Животные выслушивали Наполеона, выслушивали Cнежка — и переставали понимать, кто из них прав... правым всегда казался тот, кто говорил в данный момент.
Неужели вы думаете, что мы, свиньи, ищем для себя выгоды или привилегий? Мы заняты тяжелой умственной работой. Организация производства, вопросы управления — все лежит на нас. День и ночь мы печемся о вашем благополучии. Вы представляете, что произойдет, если мы не справимся со своими обязанностями?
«Тактика, товарищи, тактика!» — радостно повторял он, суча ножками и подергивая хвостиком. Животные не очень-то понимали смысл этого слова, но Визгун говорил так убедительно, а случившиеся рядом три пса рычали так угрожающе, что они не стали задавать лишних вопросов.
И если бы ее спросили, как она себе представляла будущее, ответ был бы, наверно, таким: общество, где животным неведом голод и удары кнута, где все равны и каждый трудится в меру отпущенных ему сил, где сильные оберегают слабых.