Эрих Мария Ремарк. Три товарища: жизненные цитаты

Как это странно: люди находят подлинно свежие и образные выражения только когда ругаются.

Наше прошлое научило нас не заглядывать далеко вперед.

Я, между прочим, ссорился с каждой. Когда нет ссор, значит, всё скоро кончится.

Творческое начало всегда прячется под неказистой оболочкой.

Если хочется жить, это значит, что есть что-то, что любишь.

Ошибочно предполагать, будто все люди обладают одинаковой способностью чувствовать.

Высказаться – значит облегчить душу.

Вечными и неизменными остаются слова любви, но как пестра и разнообразна шкала ругательств!

Между нами никогда не было больше того, что приносил случай. Но, может быть, как раз это и привязывает и обязывает людей сильней, чем многое другое.

— Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем. Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца: — Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь. — И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие. — Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.

С женщиной невозможно ссориться. В худшем случае можно злиться на неё.

«Может быть» — вечно эти два слова, без которых уже никак нельзя было обойтись. Уверенности — вот чего мне недоставало. Именно уверенности, её недоставало всем.

— А ведь вообще вечером хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, правда? — Вечером, да... Когда наступает темнота... Странная это вещь.

Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

— Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

Что вы знаете, ребята, о бытии! Ведь вы боитесь собственных чувств. Вы не пишете писем — вы звоните по телефону; вы больше не мечтаете — вы выезжаете за город с субботы на воскресенье; вы разумны в любви и неразумны в политике — жалкое племя!