— Конечно, я игрок, — сказал он. — Я хочу жить, пока живется. Мы многое слышали о людях, которые боятся умереть, и почти не знаем о тех, кто боится жить.
Всё-таки, — с презрением сказал Мейсон, — он слишком осторожен. Это дело ускользнёт у него из рук, если он станет осторожничать. Он может бояться огня, но не может же он без огня испечь пирог.