Фридрих Вильгельм Ницше. По ту сторону добра и зла

Бывает заносчивость доброты, имеющая вид злобы.

На свете нет моральных явлений, есть только моральное истолкование явлений.

Книги, которые читает всякий, — это всегда скверно пахнущие книги: к ним прилипает запах мелкого люда. Там, где толпа ест и пьёт, даже там, где она поклоняется, — там обыкновенно воняет.

Чужое тщеславие приходится нам не по вкусу только тогда, когда оно задевает наше тщеславие.

Стать зрелым мужчиной — это значит снова обрести ту серьёзность, которой обладал в детстве, во время игр.

Много говорить о себе – тоже способ себя скрывать.

«Это не нравится мне». — «Почему?» — «Потому, что я не дорос до этого». Ответил ли так когда-нибудь хоть один человек?

Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.

В мщении и любви женщина более варвар, чем мужчина.

Следствия наших поступков хватают нас за волосы, совершенно не принимая во внимание того, что мы тем временем «исправились».

Мы охладеваем к тому, что познали, как только делимся этим с другими.

Mысль о самоубийстве — это великое утешение: при поддержке её пережиты многие ужасные ночи.

Независимость — удел немногих. Она — привилегия сильных.

Что сделано из любви, всегда за чертой добра и зла.

Великие вещи остаются для великих людей, пропасти — для глубоких, нежности и дрожь ужаса — для чутких, а в общем всё редкое — для редких.

Непорядочнее всего люди поступают с Богом — он у них не смеет грешить.