Ганс Фаллада. Каждый умирает в одиночку

Каждый умирает в одиночку.

Одиночество может быть большим благом.

Желать спасти мало. Надо, чтобы и тот, кого спасаешь, хотел спастись.

Она уже давно узнала на собственном опыте, что в жизни за всё приходится платить, и зачастую дороже, чем оно того стоит.

Даже самая хитроумная система, самая изощренная система не спасает от оплошностей.

... Может быть, тогда польются слезы, пока же сердце жжет, как огнем. Хоть бы заплакать!

Как много может разъяснить неожиданный удар кулаком в подбородок.

Ненависти к нему она не чувствовала, ну как можно ненавидеть такую мразь? Он просто был ей противен, как бывают противны пауки и гады.

Каждый делает, что может. Глупый — глупости, а умный — часто еще большие глупости.

И зачем живешь на свете, зачем рожаешь детей, зачем радуешься их смеху, их играм, если они вырастают извергами.

Надо вовремя думать, а то спохватишься, да уже поздно!

Вздор есть вздор, даже если его говорит министр пропаганды!

Всякую женщину уломать можно, надо только не отставать и пока что со многим мириться. В конце концов все они уступают, обычно, когда и не ждешь, — просто потому, что устают.

Она все еще живет по поговорке: «Коль совесть чиста, спи спокойно до утра». Ну, кому теперь какое дело до твоей совести, когда и раньше с ней не очень-то считались?

Чего не знаешь, о том не страдаешь.

Пусть сами воюют сколько влезет, а его эта чертова война не интересует. Вот послали бы всех своих откормленных главарей на фронт, тогда бы война бысто кончилась.