Джордж Мартин, Джордж Р.Р. Мартин. Игра престолов

Всякий человек нуждается в том, чтобы над ним иногда посмеялись. Иначе... мы начинаем относиться к себе слишком серьезно.

Когда один человек строит стену, другому немедленно нужно узнать, что находится на другой стороне.

— Ты помог мне, когда я нуждался в твоей помощи, — сказал Джон Сноу. — Я ничего не дал тебе, — улыбнулся Тирион, — кроме слов.

Говорят, что здесь зимой бывает так холодно, что смех застывает в горле и душит человека насмерть.

Когда выпадет снег и задуют белые ветры, одинокий волк гибнет, но стая живёт.

Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

Дай людям только заметить, что слова ранят тебя, и тебе никогда не избавиться от насмешек. А если к тебе прилепили кличку, прими ее и сделай своим собственным именем. Тогда они не сумеют больше ранить тебя.

Люди чаще предпочитают отрицать жестокую истину, чем становиться к ней лицом.

Довольно странная разновидность отваги — признаваться в своей трусости.

Когда человек рисует на своей груди мишень, он должен рассчитывать, что рано или поздно кто-то выпустит в него стрелу.

Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

Говорят, что полезно заставать людей врасплох. Никогда не знаешь, что можно тогда узнать.

— Они ненавидят меня, потому что я лучше их. — Нет, они ненавидят тебя потому, что ты ведёшь себя так, как будто считаешь себя лучше их.

— Что ты делаешь со мной? — со слезами в голосе спросил он у ворона. — Учу тебя летать. — Я не могу летать. — Ты уже летишь. — Я падаю. — Каждый полет начинается с падения, — сказал ворон.

Страх ранит глубже, чем меч.

Те, кто играет в престолы, либо побеждают, либо умирают, середины не бывает.