Торговки нитяным товаром спутали все нити любви. У хозяйки лавки вееров в сердце, как на веере, два рисунка: явный и тайный. Муж сначала не замечал тайного рисунка.
Осенью на празднестве любования багровой листвой сакуры я бессердечно смеялась в толпе женщин, показывая пальцем на нищенку, но кому дано предугадать свою будущую судьбу?
«Уязвленное любовью сердце мое в смятении», — гласит письмо; Мужчина, даже будь он из железа, не устоит перед ним. Письмо адресовано «Господину погубителю сердец».
Люди, постоянно живущие в Наниве, попав в столицу, любуются красотой горы Хигасияма, а жители Киото, посетив Осаку, не наглядятся на море и не устают ему изумляться. Так и жена бывает хороша, пока она, ещё смущаясь присутствием своего мужа, следит за своей наружностью, но как только она начинает ходить с растрепанными волосами, или, обнажившись по пояс, выставляет без стыда родимые пятна на своих боках, или, не заботясь о своей походке, ходит вперевалку, и становится заметно, что у нее одна нога короче другой, тогда в ней скоро не остается ничего привлекательного. А уж когда у нее родится ребенок, она и вовсе не думает о том, чтобы нравиться своему мужу. Да, скажешь невольно: женщина — пренеприятное существо! Но ведь без нее не проживешь на свете.
Таких мужчин, о которых мне есть что вспомнить, наберется несчетное число, не говоря о прочих. А ведь есть же на свете женщины, которые знают в жизни только одного мужчину и даже в случае развода не ищут второго мужа, а овдовев, принимают монашеский постриг. Они не сходят с пути добродетели, хотя и испытывают жестокие мучения от разлуки с любимым. «Ах, какая низменная у меня душа!» — корила я себя. Прошлое казалось мне безмерно ужасным, и я клялась не поддаваться соблазну, но тщетно.
Но, сдавшись на ласковые слова, я всё же решила наняться на полгода — срок небольшой. Пришлось мне, как говорится, мочить ноги в солёной воде этого залива.
Расшитый золотом пояс с рисунком в виде пионов и виноградных лоз сначала завязывает спереди, как принято у гетер, но, услышав, что она сегодня дочка самурая, торопится перевязать узел сзади, как подобает скромной девушке. Эта наивная хитрость сразу бросается в глаза.<…> Выйдя к гостям, «дочка самурая» вдруг начинает лепетать на манер благородной девицы. Усаживаясь, раскидывает подол веером вокруг ног, как где-то ей довелось подсмотреть, но в то же время всячески старается показать свой нижний пояс из белого шёлка. От вина она отстраняется с таким видом, будто никогда его в рот не брала. На любовном ложе ведёт себя скромно и покорно подчиняется прихоти мужчины, памятуя, что она «дочка самурая».
Дорога — скучное дело, но зато можно остановиться по пути и купить любовь случайной подруги на одну ночь. Эта встреча — мимолетней сновидения, но радостно стряхнуть с себя дневную усталость и позабыть тоску о своей милой родине и о той, которая там осталась.
— Дайте огонька закурить трубку, — просит гость, а служанка только буркнет: — Вон там у вас под самым носом фонарь. — Что-то долго ванна не готова, — жалуется он. — Подумаешь! Ждали же вы десять месяцев в животе вашей матушки.