Кейт ДиКамилло. Приключения мышонка Десперо

…в слове прощай ничего ободряющего и успокоительного нет. Прощай на любом языке звучит очень и очень печально. Это слово ничего не обещает. Абсолютно ничего.

Всё неприятное приходится делать самому.

Любовь вообще большая нелепость. Но любовь — это ещё и чудо. И она обладает огромной властью.

Мыши должны вести себя по-мышиному, иначе бед не оберёшься.

<…> он так и не нашёл счастья — ни там, ни здесь. Боюсь, такая печальная судьба ждёт любого, чьё сердце сначала разбилось, а потом срослось, но только криво…

Думаешь, у крыс нет сердца? Ошибаешься. Сердце имеется у любой живой твари. И любое сердце можно разбить.

…бывают сердца, которые разбиваются раз — и навсегда. Можно, конечно, склеить по кусочкам, но сердце получается уже не то — кособокое, всё в трещинах, и никакой, даже самый искусный мастер тут не поможет.

Читатель, как думаешь, стоит ли тешить себя надеждами, когда надеяться в общем-то не на что? Но ведь мечтать и надеяться — не преступление? В конце концов, мечтать (как и радоваться) не возбраняется <…> Хотя бы потому, что никого, кроме тебя, это вообще не волнует.

<…> человеческими преступлениями его, Роскуро, не удивишь. Ведь однажды, долгим воскресным днём, Боттичелли Угрызалло пересказал ему все признания, которые он услышал от узников за свою долгую жизнь. Чего только не творят люди!

Да разве кого-то волнует, чего ты хочешь?..

Сказки — это свет. Самое ценное, что есть в здешней темноте.

А надежда… она сродни любви. Она тоже нелепа, чудесна и могущественна.

Мир погружён во тьму, и свет в нём — на вес золота.

…глупая мечта есть у каждого. Мечтать не возбраняется.

Читатель, поверь, когда твоё имя произносит тот, кого ты любишь, — это самое большое счастье на свете. Самое большое.

Смысл не в страдании. Смысл — это свет.