Луций Анней Сенека. Нравственные письма к Луцилию

Не та красива, у которой хвалят руку или ногу; а та, у кого весь облик не позволит восхищаться отдельными чертами.

Жизнь любого занята завтрашним днем. — Ты спросишь, что тут плохого. — Очень много! Ведь эти люди не живут, а собираются жить и всё и вся откладывают. Сколько бы мы ни старались, жизнь бежит быстрее нас, а если мы ещё медлим, она проносится, словно и не была нашей, и, хотя кончается в последний день, уходит от нас ежедневно.

Большая разница, не хочет человек грешить или не умеет.

Смерть не есть зло. — Ты спросишь, что она такое? — Единственное, в чём весь род людской равноправен.

Поздно быть бережливым, когда осталось на донышке.

Почему никто не признается в своих недостатках? Потому что они остаются и поныне при нем; чтобы рассказать о своем сновидении, нужно проснуться.

Наибольшую часть жизни мы тратим на ошибки и дурные поступки, немалую — на безделье, и почти всю жизнь — не на те дела, что нужно.

Ведь порок – и верить всем, и никому не верить, только, я сказал бы, первый порок благороднее, второй – безопаснее.

Удержишь в руках сегодняшний день — меньше будешь зависеть от завтрашнего. Не то, пока будешь откладывать, вся жизнь и промчится.

«Не хотим» — вот причина; «не можем» только предлог.

Уча других, мы учимся сами.

Большинство людей мечется между страхом смерти и мучениями жизни; жалкие, они и жить не хотят, и умереть не умеют.

Достиг вершины тот, кто знает, чему радоваться.

Власть над собой — самая высшая власть, порабощенность своими страстями — самое страшное рабство.

Пусть будет нашей высшей целью одно: говорить, как чувствуем, и жить, как говорим.

Если ты кого-нибудь считаешь другом и при этом не веришь ему, как самому себе, значит, ты заблуждаешься и не ведаешь, что есть истинная дружба.