Майкл Питер Бэлзари. Моя безумная история

Когда он пел эти ноты, он восставал против всего мира. Музыка — это сила, которая объединяет людей и дает им власть. Людям, живущим вне общества, нужен звук, в который можно верить. Звук, который не может воспроизвести кто угодно. Он вдохновляет маргиналов и мятежников. Он как саундтрек к их жизни, который понимают только они. Он говорит за людей, у которых иначе не было бы голоса.

Я слышал, что это продукт, созданный для бездумных людей, которые на самом деле не любят музыку. Они просто делали то, что им говорили, и довольствовались пустышкой, запихнутой им в глотку, чтобы они могли красиво отдохнуть. Если всем это нравилось, это не могло быть хорошо. Дайте мне что-то запрещенное, что-то странное, что-то для людей, которым не всё равно.

Всё, что не есть любовь, — есть трусость.

Моя немая робость перед девушками была самой громкой тишиной на земле. Я думал, что это слышат все.

Когда кто-то добирается до точки, где он может быть настолько счастлив, что ему просто нравится смотреть, как крутятся колеса, — это было похоже на настоящее счастье, о котором я мог только мечтать.

Как обычно, я подскочил к отцу, чтобы поцеловать его. Он остановил меня, крепко обнял за плечи и сказал: «Ты уже слишком взрослый, чтобы целовать меня, не делай так больше, понятно?» Я молча кивнул, высвободился из его объятий и выбежал за дверь. Мне показалось это неправильным и бесчувственным, и даже в возрасте шести лет я знал, что это было ошибочное представление о том, как должны вести себя настоящие мужчины. Я знал, что поцелуи – это хорошо.

Я до сих пор чувствую себя так, когда слышу нашу музыку на радио. Что-то такое личное и близкое нам ушло жить собственной жизнью и для каждого теперь будет значить что-то своё.

И если в детстве вы испытали много боли и страданий, это не значит, что так должно продолжаться и во взрослой жизни. Пусть ваша боль станет источником величайшего сострадания, глубочайшей любви и понимания. Вы можете делать всё, что угодно. Проживите её, не прячьтесь, не отстраняйтесь.

Он был энергичным и харизматичным, и такой нуждающийся в эмоциональной поддержке ребёнок, как я, мог быть с легкостью втянут в его философию.

Любовь — это единственная серьезная работа.

Слёзы не означают грусть или радость, они показывают, что тебе не всё равно.

В тот период на распространение музыки уходило больше времени. Группа людей будет открывать для себя звучание, которое будет медленно гореть, распространяясь по району, в котором они жили. Открытие новой музыки было глубоко социальным, общинным опытом.

Боб Марли сказал, что не имеет значения, какую музыку ты играешь и даже её качество. Всё, что имеет значение, — это полная самоотдача в творческом процессе ченнелинга.

До меня дошло, что музыка — это не просто забава ради удовольствия, чтобы развлечь и порадовать людей. Я подумал о старых джазменах, которых я знал, которые не могли остановиться играть, и о том, что музыка, которые они играли, была личным голосом для каждого из них, который ни один богатый человек никогда не мог заставить замолчать. У меня было глубокое желание стать частью этого, я знал, что такой звук нельзя подделать, тебе придется прожить каждую ноту.

Наконец-то секс открылся мне во всей красе. Быть так близко к ней, обнимать, встречаться в этом новом измерении, где любовь может быть дана принята так глубоко.

Куда бы я ни пошел, я искал доброты и одобрения, жаждал любви.