Стремясь к прекрасному идеалу, мы наделали ужасных глупостей. Когда ты убежден, что борешься за доброе дело, права и справедливости, тебя ничто не остановит. Тут-то и можно натворить ужасных дел. Мы не ограничивались гражданским неповиновением. Одно зло влекло за собой другое. Насилие — это яд: стоит ему появиться в твоей кровеносной системе — и оно превращается в наркотик, разъедающий мозг.
Я поступил хитрее! Вместо того чтобы стараться изменить систему, я решил извлечь из нее выгоду. Раз не вышло ее разрушить, я бросил ей вызов и выиграл.
— Теперь все совсем не так, как было в ваше время. — Неужели? Больше нет войн, изжита коррупция, в тюрьмы больше не сажают невиновных, ни политики, ни правительства больше не злоупотребляют властью, неравенство ушло в прошлое, пресса стала по-настоящему независимой, оппозиционные лидеры живут и в ус не дуют?
В жизни бывают моменты, когда тебе словно застилает глаза, и ты способен пройти мимо самого прекрасного шанса, который тебе дает судьба. Хуже всего, что ты этого не сознаешь, во всяком случае в тот момент.
Охранник убивает трех негров и выходит сухим из воды, охранник найден мертвым — и трех чернокожих сажают на электрический стул. Что это, как не пародия на правосудие?
Они применили слезоточивый газ. Это был первый случай использования газа против студентов. Ты не представляешь, как действует эта дрянь: человек задыхается, его выворачивает наизнанку, кажется, что тебе выжгли глаза. Стискивает грудь, судороги по всему телу. У тех, кто оказался в первых рядах, были потом сильные осложнения.
Всё из-за банков: банкиры-то ни в чем не знают недостатка, у них обслуживающего персонала хватает. Один кофе приносит, другой костюм из химчистки забирает, третий печатает протоколы заседаний, на которых банкиры решают, как сосать из страны кровь и набивать себе карманы...