Марк Твен. Таинственный незнакомец

Она присела к огню, грела руки и ждала; её старые губы и руки посинели от холода; к ней подошёл незнакомец. Это был путешественник; он мягко заговорил с ней и, зная что рядом никого нет, кроме меня, он сказал, что ему жаль её. Потом он спросил, является ли правдой то, в чём она призналась, и она ответила, что нет. Он выглядел удивлённо и ему ещё больше стало её жаль, он спросил: — Зачем же вы признались? — Я стара и бедна — сказала она, — и я работаю только чтобы выжить. Не было другого выбора как только лишь признаться. Если бы я этого не сделала, они бы могли меня отпустить. Это бы погубило меня, ведь никто бы не забыл о том, что меня подозревали в чародействе, и для меня не нашлось бы работы, и куда бы я ни пошла, они бы пускали собак в мою сторону. Совсем скоро настал бы голод. Огонь лучшее решение — конец близок. Вы были добры ко мне, вы двое, и я благодарна вам за это. Она прильнула ближе к огню и вытянула руки чтобы согреть их, снежинки мягко спускались на её седые волосы, делая их ещё белее. Собралась толпа и полетело яйцо, которое попало ей в глаз и потекло по её лицу. Кто-то смеялся.

Ничто так не радует человека, как зависть других людей.

Никто не потворствует дьяволу, все осуждают его, но делают это без дерзости, с долей почтения.

Неважно, кто мы и что собой представляем, нам всегда есть кого презирать, с кем порой считаться, с кем никогда не считаться, к кому проявлять полное безразличие.

Потом он перестал быть серьёзным и стал чрезвычайно весёлым, начав высмеивать нас и нашу военную гордость, наших великих героев, нерушимую славу, могущественных царей, древних аристократов, освящённую веками историю — он смеялся и смеялся, пока нам не стало тошно от этого смеха; наконец он немного успокоился и сказал: «Хотя, по большому счёту, это не смешно, здесь присутствует своего рода сантимент, если вспомнить, как коротки ваши дни, как инфантильна ваша показная пышность, какими тенями вы являетесь!»

Бог властен творить добрых детей или злых, но творит только злых; бог мог бы с легкостью сделать свои творения счастливыми, но предпочитает их делать несчастными; бог велит им цепляться за горькую жизнь, но скаредно отмеряет каждый её миг; бог дарит своим ангелам вечное блаженство задаром, но остальных своих чад заставляет мучиться, заставляет добиваться блаженства в тяжких мучениях; бог своих ангелов освободил от страданий, а других своих чад наделил неисцелимым недугом, язвами духа и тела! Бог, проповедующий справедливость, и придумавший адские муки, призывающий любить ближнего, как самого себя, и прощать врагам семижды семь раз, и придумавший адские муки! Бог предписывает нравственную жизнь, но притом сам безнравствен; осуждает преступника, будучи сам преступником; бог создал человека, не спросясь у него, но взвалил всю ответственность на его хрупкие плечи, вместо того чтобы принять на свои; и в заключение всего с подлинно божественной тупостью заставляет раба своего, замученного и поруганного раба на себя молиться…