Афоризмы
30 июля 2026, четверг
Раздел

Михаил Михайлович Зощенко. Перед Восходом Солнца

10 цитат

Можно ли изменить собственную суть, собственное «я»? Возможно ли человеку, раздавленному горем и тоской или же от природы склонному к меланхолии, сознательно воспитать в себе то, что теперь принято называть модным словосочетанием «позитивное мышление»? Еще с первых своих литературных шагов Зощенко обращался к этой проблеме – и на собственном личном опыте, и опираясь на учения Фрейда и Павлова, – и результатом стала замечательная книга «Перед восходом солнца», совмещающая в себе художественно-мемуарное и научное. Снова и снова Зощенко перебирает и анализирует печальные воспоминания былого – детские горести и страхи, неразделенную юношескую любовь, трагическую гибель друга, ужасы войны, годы бедности и непонимания – и вновь и вновь пытается оставить прошлое в прошлом и заставить себя стать другим человеком – светлым и новым. Но каким оказался результат его усилий?

Мы не знаем, кому принадлежит честь создания древней медицины. В основе этой древней науки была светлая идея, блестящая мысль гениального человека. Из рук гения эта идея перешла в руки бездарных, посредственных людей. И те в соответствии со своими возможностями свели ее до своего уровня, до степени шарлатанства. Нечто комическое стало присутствовать в этой идее... Правильная идея была опошлена до такой степени, что разобраться в ней не представлялось возможным.
Мое поведение было в основном разумным. Страх не вел меня за руку, как слепца. Но он присутствовал во мне, нарушал правильную работу моего тела, заставлял избегать «опасностей», если не было более высоких чувств или обязанностей. В общем прессе он давил на меня и главным образом воздействовал на мое физическое состояние.
Крайняя степень неврастении, психической угнетенности неблагоприятно действует на окружающих. Окружающие в свою очередь начинают в какой-то мере испытывать подобную угнетенность. Иной раз даже незнакомый человек, вошедший в комнату, влияет неблагоприятно — окружающие начинают чувствовать какую-то «неловкость», скованность, начинают чувствовать, что им «не по себе».
Человеческая жизнь горит тем ярче и тем длительней, чем меньше болезненных препятствий для этого горения. Человеческий организм это не ведро с драгоценными соками, которые можно расплескать, растерять, растратить от многих столкновений с жизнью. Это «ведро» наполняется по мере расхода. Однако оно пустеет, если вовсе не расходовать его содержимого.
Абсолютное здоровье вовсе не лишает возможности быть творцом, художником. Напротив, абсолютное здоровье — это идеал для искусства. Только тогда искусство может быть полноценным.
Мне показалось, что легче и проще умереть чем покорно и тупо ждать той участи, которая ожидает каждого. В этом решении я неожиданно увидел мужество. Как был бы я поражен, если б тогда мне сказали о том, о чем теперь я знаю, — это было вовсе не мужество, это была крайняя степень инфантильности. Это было продиктовано страхом младенца перед тем, что я хотел найти Это было сопротивление. Это было бегство.