Афоризмы
29 сентября 2026, вторник
Раздел

Михаил Юрьевич Лермонтов. Герой нашего времени

164 цитат

📚Цитаты из книги «Герой нашего времени» — Михаил Юрьевич Лермонтов.

Под конец вечера разговор принял философско-метафизическое направление; толковали об убеждениях: каждый был убежден в разных разностях.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Где есть общество женщин — там сейчас явится высший и низший круг.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Нет женского взора, которого бы я не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес.
— Печорин Григорий Александрович · книга
До самого дома она говорила и смеялась поминутно. В её движениях было что-то лихорадочное; на меня не взглянула ни разу. Все заметили эту необыкновенную веселость. И княгиня внутренно радовалась, глядя на свою дочку; а у дочки просто нервический припадок: она проведет всю ночь без сна и будет плакать.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Это новое страдание, говоря военным слогом, сделало во мне счастливую диверсию.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Я остановил себя <...>, имея правило: ничего не отвергать решительно и ничему не вверяться слепо.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Любовь, которую мы читаем в глазах, ни к чему женщину не обязывает, тогда как слова…
— Печорин Григорий Александрович · книга
В сердцах простых чувство красоты и величия природы сильнее, живее во сто крат, чем в нас, восторженных рассказчиках на словах и на бумаге.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Идеи — создания органические, сказал кто-то: их рождение дает уже им форму, и эта форма есть действие; тот, в чьей голове родилось больше идей, тот больше других действует; от этого гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара.
— Печорин Григорий Александрович · книга
Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня...
— Печорин Григорий Александрович · книга
Наша публика так еще молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее на находит нравоучения. Она не угадывает шутки, не чувствует иронии; она просто дурно воспитана. Она еще не знает, что в порядочном обществе и в порядочной книге явная брань не может иметь места; что современная образованность изобрела орудие более острое, почти невидимое и тем не менее смертельное, которое, под одеждою лести, наносит неотразимый и верный удар.
— Пора! — шепнул мне доктор, дёргая за рукав, — если вы теперь не скажете, что мы знаем их намерения, то всё пропало. Посмотрите, он уж заряжает... Если вы ничего не скажете, то я сам... — Ни за что на свете, доктор! — отвечал я, удерживая его за руку, — вы всё испортите; вы мне дали слово не мешать... Какое вам дело? Может быть, я хочу быть убит... — О, другое дело!... Только на меня на том свете не жалуйтесь...
— Печорин Григорий Александрович · книга
Я надеялся, что скука не живет под чеченскими пулями — напрасно: через месяц я так привык к их жужжанию и к близости смерти, что, право, обращал больше внимание на комаров, — и мне стало скучнее прежнего, потому что я потерял почти последнюю надежду.
— Печорин Григорий Александрович · книга