Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Город засыпает, просыпается мафия

Я ещё помню, каково это, когда понимаешь, что для женщины, которую ты искренне любил, ты был всего лишь средством достижения цели.

Она терпеть не могла куда-то ехать или идти, спать не в своей постели, пить не свой кофе, общаться с большим количеством людей.

Начался самый настоящий шторм: старые сосны, росшие вокруг дома, с громким скрипом клонились к земле, ветер швырял в окна потоки воды, а где-то в далеке сверкали молнии. Впрочем, ничего необычного для Санкт-Петербурга в этом не было. Лето частенько начиналось с бесконечных штормов и дождей.

Почему-то женщины не находили его неотразимым, хотя он сам считал себя «вполне ничего». Ростом природа не обидела, мышцы прекрасно накачены в ведомственном спортзале. Не атлет, конечно, но и не доходяга какой-нибудь. Одеваться он старался удобно, но вещи выбирал качественные, насколько позволяла зарплата следователя, и симпатичные. Никаких футболок с принтами, какие иногда напяливают на себя даже его ровесники, которых уже принято называть «дяденьками», бесформенных штанов и растянутых свитеров. Рожа тоже симпатичная, особенно если ее побрить, а улыбка даже ему самому нравилась. Спиртного он употреблял мало, в основном по праздникам в большой компании, курил вот только, но это уже давно не считается недостатком. Возможно, женщин отпугивала его профессия. Мужчина, занимающийся расследованиями убийств, никому не казался интересным.

Я просто встречалась с приятным свободным мужчиной, не имея на него никаких особенных видов. Нам было хорошо вместе. У обоих мало было времени и ожиданий.

Она походила на сошедшую со страниц журнала модель: высокая, стройная, с идеальной прической, макияжем и маникюром, одетая дорого и со вкусом. Образец женской красоты и грации, она была не отразима, если бы не одно досадное обстоятельство: весь её облик портил женский холодный взгляд. Он сразу выдавал и истинный возраст, и скверный характер.

Детали окружающего мира часто ускользали от её внимания, события быстро исчезали из памяти. Может быть, проблема была в том, что с каждым годом она все больше отгораживалась от мира реального, превращаясь в затворницу, и все больше погружалась в мир виртуальный, где были ее работа, хобби и общение с людьми. В результате мир реальный стал для нее чем-то вроде бесконечного скучного сериала, который она как будто много лето смотрела по инерции. Совсем бросить не получалось, но какие-то эпизоды вполне можно было пропустить, а запомнить детали и вовсе не требовалось.

Жизнь пару раза давала ему понять, что порой правдивой оказывается самая невероятная версия.

Утро мало чем отличалось от минувшей ночи: небо оставалось в плену плотных туч, почти не пропускавших солнечный свет, на землю все еще падали капли дождя. Они стали мельче и реже и больше не сопровождались ни вспышками молний, ни раскатами грома, но все равно отравляли утро, лишая человека всякого желания вставать с постели и что-то делать.

Его взгляд вновь задержался на её лице. Ему нравились такие молодые лица: простые, открытые, ещё почти не нуждающиеся в косметике. В красивых карих глазах ещё плещется предвкушение чего-то волшебного в жизни. Да и вообще, какой без малого сорокалетний мужчина может устоять перед молодостью?

Когда не можешь быть с тем, кто по-настоящему дорог, поскольку он тебя просто не замечает, остается быть только с тем, кто готов быть рядом.

Наши игры всегда были довольно страстными, эмоциональными, но в этот раз все было с приставкой «слишком». Слишком эмоционально, слишком агрессивно. Каждый раунд мы словно бились не на жизнь, а на смерть.

Мужчины редко могли устоять перед её шармом. Быть может, на героизм или преступление она вдохновить никого и не смогла бы, но на небольшое отступление от рабочей инструкции — запросто.

Наверное, я просто понял кое-что. Понял, что слишком долго позволял прошлому управлять настоящим. Некоторые вещи нужно отсекать сразу, не позволять им висеть над тобой годами, отравляя жизнь.

Будучи литовцем по происхождению, он высокомерно презирал три вещи: русский матерный, пьянство и политическое руководство страны, в которой жил последние десять лет.

Большинство людей искренне верят, что все плохое, происходящее с другими, никогда их не коснется. И большинство несчастий случается с ними не тогда, когда они чуют неладное, собираются и мобилизуют все свои силы и внимание. Они случаются тогда, когда, почувствовав себя в безопасности, человек расслабляется.