Николас Спаркс. Незабываемая прогулка

Я могу быть старше и мудрее, я, возможно, жил другой жизнью с тех пор, но я знаю, что, когда моё время, в конечном счете, закончится, воспоминания о том дне будут заключительными образами, которые пройдут через моё сознание. Я всё ещё люблю её, понимаете, и я никогда не снимал своё кольцо. Все эти годы я никогда не имел желание сделать так.

Я не могу отдать Джейми так же, как и не могу отдать свое сердце. Но то, что я могу сделать – позволить другому разделить радость, которую она всегда давала мне. Да благословит вас Господь Бог.

Это не длилось долго, и конечно не было похоже на поцелуй, который Вы видите в кинофильмах в наши дни, но это было просто замечательно. И все, что я могу вспомнить о том мгновении – то, что когда наши губы впервые коснулись друг к другу, я знал, что запомню это мгновение на всю жизнь.

Лендон: — Ну, ты бы хотела пойти со мной на танцы? Джейми: — С удовольствием, — сказала она, наконец. — Но при одном условии. Я пришел в себя, надеясь, что это не было что-то ужасным. Лендон: — Да? Джейми: — Ты должен пообещать, что не влюбишься в меня.

Я не думаю, что мы всегда можем понимать смысл происходящего. Я думаю, что иногда мы должны просто верить.

Своей устойчивой рукой она показала мне, как важно было помочь другим; с терпением и добротой она показала мне, что такое жизнь. Её жизнерадостность и оптимизм, даже во времена болезни, были самой удивительной вещью, которую я когда-либо видел.

...она показала мне, что именно по действиям — не мыслям или намерениям — можно оценивать людей....

— Ты не можешь меня любить, Лэндон, — сказала она. Глаза у нее были красные и опухшие. — Мы можем быть друзьями, можем видеться...но любить меня нельзя. — Почему? — хрипло спросил я. — Потому что я очень больна, — негромко произнесла Джейми. Все это было странно до невозможности; я никак не мог взять в толк, что она пытается сказать. — Ну и что? Скоро ты поправишься... Она грустно улыбнулась, и внезапно я понял. Не сводя глаз с моего лица, Джейми произнесла слова, от коротых у меня замерло сердце: — Лэндон, я умираю.