Рик Риордан. Герои Олимпа. Сын Нептуна

Потому что я знаю тебя, Перси Джексон. Ты во многих отношениях импульсивен, но когда дело касается твоих друзей, то тут ты постоянен как стрелка компаса. Ты никогда не предашь и пробуждаешь в других такую же преданность. Ты — тот клей, который спаяет семерку.

Жизнь стоит того, чтобы сражаться за неё.

Чем более героические поступки он совершал, тем больше понимал, как ограничены его возможности.

Хейзел вскинула брови, недоуменно тряхнула головой. — Фрэнк, я, может, и была удивлена. Возможно, этот скелет и напугал меня. Но отвращение?... Ты им так командовал — так уверенно, ну, типо: «Да, ребята, кстати, тут у меня есть такой всемогущий спартус — мы им может воспользоваться». Я глазам своим поверить не могла. Но при чем тут «отвратительны», Фрэнк? Ты произвел на меня сильное впечатление. — Я? Я на тебя произвел впечатление? — Фрэнк не был уверен, что правильно её понял. Перси Рассмеялся. — Да, парень, это было что-то! — Честно? — Честно — заверила его Хейзел.

Никому не нравится война — если он, конечно, не дурак. Но война рано или поздно находит всех. Это неизбежно.

— Слон? — спросила Хейзел. Фрэнк поскреб шею. Он опасался, что под конец сделал что-то такое, отчего Хейзел не захочет быть с ним. Фрэнк Чжан: нескладный олух, дитя Марса, а по совместительству хоботный. И тогда она поцеловала его — настоящим поцелуем, в губы. Гораздо лучше того поцелуя, что достался Перси в самолете. — Ты удивительный, — сказала она. — И из тебя получился очень красивый слон.

Жизнь имеет цену только потому, что кончается, малыш.

Нет такого понятия, как справедливость. Если уж мне суждено сгореть, то я хочу гореть ярко.

— Я люблю завтраки, — сказал Фрэнк. — Если бы я мог, я бы ел одни завтраки. Хотя еда здесь наверняка не такая вкусная, как получается у Хейзел. Хейзел толкнула его в бок локтем, но улыбнулась лукаво. Перси с удовольствием смотрел на эту парочку. Нет, они определенно должны сойтись.

Хейзел с мечом в руках прохаживалась по площадке между двумя чердачными окнами...она была так красива, что у Фрэнка защемило сердце. В джинсах, куртке кремового цвета белой рубашке, по контрасту с которой её кожа приобрела теплый оттенок какао. Её кудрявые волосы ниспадали на плечи, а когда она подошла к Фрэнку, он почувствовал запах жасминового шампуня.

Перси кивнул. Он чувствовал уверенность оттого, что Хейзел и Фрэнк будут присматривать за ним. Перси сказал им правду — он им доверял. В той странной и страшной действительности, куда он был заброшен, — вырванный из прошлой жизни, даже без воспоминаний о ней. — Хейзел и Фрэнк стали для него лучиками света.

На языке горько — зато потом сладко...

Как теперь говорят: без труда не выловишь и рыбку из пруда? Та же самая мысль. Ты делаешь что-то легкое, доставляющее тебе удовольствие, умиротворяющее, а потом оно, как правило, оборачивается горечью. Но если ты выбираешь трудный путь, то в конце пожинаешь сладкие плоды. Долг. Самопожертвование. Это не пустые слова.