С тех пор каждый день, как только мать уезжала из дома, Матильда приходила в библиотеку. Дорога занимала всего десять минут, и девочка целых два часа могла наслаждаться чтением, тихонько сидя в уголке и проглатывая одну книгу за другой.
— Пап, — обратилась она к отцу, — ты можешь купить мне книгу? — Книгу? — удивился он. — Это ещё зачем? — Чтобы читать, папочка. — Тебе что, телевизора мало? У нас классный телик с двенадцатидюймовым экраном, а тебе книга, видишь ли, понадобилась! Ты что, чокнулась?
Матильда обладала одним замечательным и редким качеством: если бы вы встретили её случайно и заговорили с ней, то непременно решили бы, что перед вами совершенно обычный ребёнок пяти с половиной лет. Она никогда не задавалась и не задирала нос.
Если бы они прочитали хотя бы одну книгу Диккенса или Киплинга, они бы поняли, что в жизни есть нечто большее, чем мошенничество или тупое сидение перед телевизором.
Известно, что у кузнечиков органы слуха расположены по обеим сторонам брюшка. Ваша же дочь Ванесса, судя по тому, что она усвоила за эту четверть, вообще не имеет органов слуха.
— Нет, мы не поощряем чтение книг, — сказал мистер Вормвуд. — Какой прок тратить жизнь, просиживая задницу и читая всякую чушь? Мы вообще не держим в доме книг.
Многие высказывали предположение, что торт напичкан перцем, или в него добавили касторки, или подсыпали ещё какой-нибудь дряни, от которой бедного парня вывернет наизнанку. Некоторые считали, что в торте спрятана бомба, которая взорвётся, как только Брюс разрежет его. Никто в школе не сомневался, что Транчбул и не на такое способна.