Скотт Вестерфельд. Инферно

Мне понадобилось мгновение, чтобы понять: в те дни, когда я ещё не желал всех женщин без разбора и в любое время суток, она была бы только моей.

Дверь хлопнула. Ласи ушла. Я смотрел ей вслед, эхо всё ещё звенело в моих ушах. В воздухе всё ещё ощущались аромат жасмина и запах её гнева, следы её телесного сала и пота всё ещё оставались на моих пальцах. Она ушла так внезапно, что понадобилось время, чтобы осознать этот факт.

Итак, ответ таков: одежду изобрели после того, как мы утратили свои телесные волосы. И не сразу — наши предки больше миллиона лет резвились безволосыми и обнаженными.

Потом до меня дошло кое-что еще: я доверил величайшую тайну своей жизни девушке, фамилии которой даже не знал.

Спасение мира от кота-мутанта не оправдывает пропуска еды.

Забавно, но я совсем не помнил, что Моргана жила в таком роскошном здании: вид на реку и спаренные квартиры, отделанные мрамором и медью вестибюль, портье в униформе, перед которым поблескивали экраны шести мониторов наблюдения. Дайте мальчику потерять невинность, и он много чего забудет.

Я не убиваю, если могу поймать. Когда снимали этот фильм, ни один вампир не пострадал. Ох уж эти мне вегетарианцы!

Что бы это ни было, я не собираюсь это есть. Пометка для Кэла : я не ем то, что прилипает к подошвам моих туфель.

— И что, парень? — Ну... «Ты заражена ужасным заболеванием. Вскоре ты можешь начать есть своих соседей. Но не беспокойся, со временем перейдешь на голубей, или, может быть, крыс». — Это...м-м-м... не телефонный разговор.

Я постоянно возбужден, осознаю присутствие всех женщин в комнате, каждая клеточка моего тела вопит: «Пойди и трахни кого-нибудь!».

Я не собираюсь получать степень по биологии. Я простой философ-новичок, который ест людей.

Об осах-паразитах можно сказать одно: они отвратительны. Вместо жала они убивают штукой под названием яйцеклад и вместо яда впрыскивают яйца. И поверьте, такие яйца гораздо хуже яда. В случае с ядом вы по крайней мере умрете быстро.

И еще один животрепещущий вопрос : почему я не забеспокоился всерьез, когда моя единственная настоящая подружка, две девушки, с которыми у меня были свидания, и еще одна, с которой я обжимался в канун Нового года, сошли с ума? Я просто думал, что для Нью-Йорка это нормально.