Софи Кинселла. Девушка и призрак

Дорогуша, когда всё в жизни идёт наперекосяк, поднимаешь подбородок, сладко улыбаешься, смешиваешь себе коктейль и идёшь веселиться.

Когда старая жизнь рушится, а новая ещё не наладилась, нет места лучше родного дома. Сколько бы лет тебе ни исполнилось.

Парням всё одно, что секс, что смысл жизни. Двадцать минут — и всё кончено, и не о чем больше говорить.

Если тебя не любят, ничего тут не поделаешь. Хоть головой об стенку бейся.

Разве можно предавать прошлое? Всё равно что поверх прекрасного шедевра намалевать модную картинку, а о подлиннике забыть.

Новые отношения не могут перечеркнуть старые.

Что же мне, мучиться неизвестностью? Это как... детектив без последней страницы. Все-равно что дочитать Агату Кристи и не узнать, кто убийца.

Я смотрю на стариков, и меня сжимается горло. Они ведь тоже, как Сэди, чувствуют себя молодыми. Им все по-прежнему двадцать, а седые волосы и морщинистая кожа — лишь оболочка. Дедушка с кислородной подушкой наверняка ловелас, старушка со слезящимися глазами — озорная девчонка, обожающая разыгрывать друзей. Все они были молоды, у них были друзья, они устраивали вечеринки, и жизнь казалась бесконечной...

Отношения такая сложная штука, что посторонним не стоит вмешиваться и раздавать всякие умные советы.

Когда врешь, главное правило — запоминать свое вранье.

Когда ты рассчитываешь расстаться с парнем через десять минут, несложно быть с ним милой.

Посмотрела бы я на девушку, которой удалось взять и выключить свои чувства, потому что так поступил ее возлюбленный. Наверное, такая могла бы сказать: «Вот и отлично! Значит ты хочешь, чтоб мы больше никогда не встречались, никогда не занимались любовью, никогда не разговаривали и вообще не пересекались. Потрясающая идея, Джош, и как я сама до этого не додумалась?»

Жизнь как эскалатор, <...> который движется, несмотря ни на что. И твоя задача наслаждаться видом и использовать подвернувшиеся возможности. Иначе будет поздно.