Афоризмы
28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Стефани Вробель. Милая Роуз Голд

21 цитат

Первые восемнадцать лет своей жизни Роуз Голд считала себя смертельно больной. Она практически жила в больнице, передвигалась на инвалидной коляске и почти ничего не ела. Врачи разводили руками – никто не мог понять, что происходит с девочкой. Оказывается, все это время Роуз Голд была абсолютно здорова. А вот ее мать, Пэтти Уоттс, была больна – лгунья, искусный манипулятор, она питала нездоровую страсть подливать отраву в ужин дочери.Пэтти получила по заслугам. После пяти лет тюрьмы ей некуда податься. Она просит дочь хотя бы на время приютить ее. На удивление, Роуз Голд соглашается: она давно ждала возвращения матери.

Но людям не нравятся истории о прощении. Они хотят видеть, как горят мосты. Им нужна драма, на фоне которой их собственные жизни покажутся нормальными. Я уже начинала это понимать.
Предупреждаю уже сейчас: подозреваю, что в конечном итоге я умру от рака. Мои бабушки и дедушки умерли от рака груди, горла, кожи и/или простаты. Единственная загадка – от какого из этих четырех умру я. Маловероятно, что от последнего.
Я не так давно стала полноценным членом общества, но уже могла с уверенностью заявить, что в этом не было ничего особенного. Люди ужасно меня утомляли.
— Роуз Голд Уоттс · книга
Доктора – это ходячие лейкопластыри: только и ждут шанса подлатать тебя. Нужно просто рассказать свою историю болезней, перечислить симптомы и попросить помощи.
— Роуз Голд Уоттс · книга
...такова материнская природа. Мы скрываем от детей горькую правду, чтобы защитить их. Мы принимаем удар на себя, чтобы им не пришлось страдать.
Мы, матери, отдаем детям все, а потом они вдруг решают, что наше «все» им больше не нужно.
— Пэтти Уоттс · книга
Я на собственном горьком опыте убедилась в том, что у родителей нет ответов на многие вопросы. Мы все очень хотим, чтобы эти ответы были. И первые двадцать лет своей жизни даже верим в то, что так и есть (впрочем, тут все зависит от конкретных родителей и от того, как успешно они прикрывают свои задницы). Но в конце концов ты понимаешь, что твои родители – простые смертные, точно так же как однажды понял, что Санты и пасхального кролика не существует.
— Роуз Голд Уоттс · книга
Никто никогда не смотрел на меня так, как мама. Ни папа, ни Фил, ни Алекс. Стоило мне открыть рот, и для мамы все остальные люди переставали существовать. Когда мне было больно, она забывала о собственной боли. Мама ненавидела всех, кто задирал меня, больше, чем я сама. Я могла простить всех хулиганов, но она ничего не забывала.
— Роуз Голд Уоттс · книга
Ребенок навсегда остается в неоплатном долгу у матери. Это все равно что пытаться догнать соперника, который уже опередил тебя на двадцать пять километров. На что тут надеяться? Не важно, сколько открыток на День матери ты нарисуешь, сколько избитых фраз и признаний в любви напишешь в них. Можешь даже сказать, что любишь ее больше, чем отца, и подмигнуть, будто вы сообщники.
Я думала, что когда проверну свое дело, то буду абсолютно свободна. Я не понимала, что придется и дальше продумывать каждый свой шаг, и черт его знает, на сколько все это затянется.
— Роуз Голд Уоттс · книга
Большинство людей не любит долго злиться. Им кажется, что гнев поглощает и разрушает их, поэтому они отпускают его и забывают обиды. Но некоторые из нас ничего не забывают и никого не прощают. Мы каждый день точим свои топоры, они всегда наготове. Мольбы о пощаде для нас все равно что леденцы, хрустящие на зубах. Говорят, тяжело постоянно таскать с собой груз обид. Хорошо, что мы такие сильные.
Какими бы ужасными ни были наши родные, мы все равно находим в себе силы любить их.
— Роуз Голд Уоттс · книга