У людей, пожалуй, столько же способов чувствовать, сколько точек зрения, но различия в номенклатуре ничего не меняют в дальнейших рассуждениях. Всякая любовь, которую случается наблюдать на земле, рождается, живет и умирает или возвышается до бессмертия, следует одним и тем же законам.
Вот что происходит в душе: восхищение, надежда, зарождение любви. Нам доставляет удовольствие украшать тысячью совершенств женщину, в любви которой мы уверены. Это сводится к тому, что мы преувеличиваем великолепное достояние, которое упало нам с неба, которого мы еще не знаем.
Страстный человек видит в любимом существе все совершенства: однако внимание его может рассеяться, ибо душа пресыщается всем, что однообразно, даже полным счастьем. Тогда рождается сомнение.
Очень малой степени надежды достаточно, чтобы вызвать к жизни любовь. При решительном, смелом, порывистом характере и воображении, развитом жизненными несчастьями, — степень надежды может быть меньше.
Так как воображение молодой девушки не охлаждено никаким неприятным опытом, огонь ранней юности — в полном разгаре, вот отчего возможно, что она создаст себе восхитительный образ из первого попавшегося человека.
Что такое красота? Это обнаружившаяся способность доставлять вам удовольствие. Удовольствия каждого человека различны и часто противоположны; этим очень хорошо объясняется, почему то, что для одного индивидуума — красота, для другого — безобразие. Для того, чтобы обнаружить природу красоты, следует выяснить, какова природа удовольствий каждого индивидуума.
Все искусство любви сводится, мне кажется, к тому, чтобы говорить именно то, что подсказывает степень опьянения данной минуты, то есть слушаться своей души.
Дружеские признания в любви-страсти хорошо принимаются только школьниками, влюбленными в любовь и молодыми девушками, снедаемыми любопытством и неистраченной нежностью.