Урсула Ле Гуин. Звезды под ногами

Никакой гранит не бывает так твёрд, как ненависть; и никакая глина так не холодна, как жестокость.

Вопреки всем представлениям в полной темноте есть свет: великая красота солнечного света. Нет мест негодных, отверженных, брошенных. Нет места, оставленного в темноте. Свет есть,…

То, что он потерял, было не часами, а временем. Не глядя на небо, человек не может узнать о вращении Земли.

Я не буду говорить, Господи, только позволь мне видеть!

Чёрная невинность земли обнимала его. Он лежал внутри неё...

Темнота следовала за ним и шла впереди него. Он шёл как человек, которому нужно пройти бесконечный путь.

Судить — за что? Он когда-нибудь кого-нибудь обижал, кроме кабанов, оленей и лисиц, на которых охотился? Или Совет, что будет его судить, состоит из лисиц?

Время тянулось за ним и впереди него...

Я не боюсь того, чего нельзя увидеть, вроде гномов.

Слепая решимость, тупая и тяжёлая, как кусок камня, тяжёлого, в его душе...

Граф был честным; настолько, насколько может быть честным богатый человек, справедливый лендлорд.

Они храбры громко топать по травке.

Увидеть мир под миром.