Афоризмы

28 сентября 2026, понедельник

Раздел

Вера Камша. Сердце зверя. Синий взгляд смерти. Рассвет

36 цитат

📚Цитаты из книги «Сердце зверя. Синий взгляд смерти. Рассвет» — Вера Камша.

— У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

— У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

— Валентин Придд · книга

Величие не бывает прошлым. Если это величие страны или человека, который что-то сделал.

— Рокэ Алва · книга

Алатка никогда не удирала, если ее звали на помощь, каким бы противным ни был зовущий.

Не возьмусь сказать, когда тебя стало поздно учить, так что получай новости и распоряжайся ими по своему нетривиальному усмотрению.

— Бертрам Валмон · книга

— Ты в порядке? — Я-то в порядке, а вот у тебя отрастают крылья. Куриные. — Обморок — это, по-твоему, порядок? — Будя я в обмороке, не мешал бы тебе квохтать, и вообще, господин командующий, шел бы ты командовать. Станет невмоготу, заходи убедиться, что я жив, только, пожалуйста, не раньше вечера.

— Ты в порядке? — Я-то в порядке, а вот у тебя отрастают крылья. Куриные. — Обморок — это, по-твоему, порядок? — Будя я в обмороке, не мешал бы тебе квохтать, и вообще, господин командующий, шел бы ты командовать. Станет невмоготу, заходи убедиться, что я жив, только, пожалуйста, не раньше вечера.

— Лионель Савиньяк · книга

— Если вы где-нибудь когда-нибудь найдете сердце, отдайте шестую часть мне. — Шестую часть? — Днями и в две трети ночей сердце мне не понадобится.

— Лионель Савиньяк · книга

Кошки б подрали этих любовничков, отцелуют свое — и в окно, а ты замазывай и прикрывай!

— Матильда Алати · книга

Ваши воспоминания в неминуемой грызне над оставшимися без хозяев мисками становятся опасным оружием. Лучше их придержать.

— Арлетта Савиньяк · книга

Женщина женщину поймет так же, как и мужчину. То есть не всегда, не всякого и не до конца.

— Рокэ Алва · книга

Раньше я допускал, что смерть может быть ярче жизни, но будь так, я бы её запомнил.

— Рокэ Алва · книга

— Ты что, собрался к ведьмам?! Но ведь ты, кажется, страдаешь? — Страдаю, — кивнул Бешеный, — но где сказано, что это надо делать с постной физиономией и на трезвую голову?

— Ротгер Вальдес · книга

Человека ещё можно отбить, увезти, спрятать, города и деревушки — только защищать.

Безотчетная, глупая и несвоевременная ярость вырвалась откуда-то из юности, и унять ее не вышло.

— Ты потерял родственника, хоть и уважаемого, но докучливого, и сам на себя не похож, а я... Я наполовину умер с Поликсеной, мне остались только море и долг. Попробуй это понять хотя бы сейчас! <...> — Ну, твоё высочество, <...> ты и сравнил... Дядюшка Везелли, с которым мы грызли друг дружку лет двадцать, и незнамо что. — Ротгер, я уважаю твою потерю... — Не уважаешь, иначе не нёс бы чушь. Наливай, у меня руки заняты. — Любовь — не чушь! — Только ты, в отличие от дядюшки, ни кошки не любил. И кошку тоже не любил. Ты не знаешь, как твоя любовь чихает, как сопит во сне, как смеётся. Она ни разу не влепила тебе пощёчину, не велела надеть тёплый набрюшник, не уселась, когда ты прокладывал курс, на карту, чтобы услышать, как ей идёт новая ленточка... Ты умозрителен, а потому твои страданья — дым.

— Ты потерял родственника, хоть и уважаемого, но докучливого, и сам на себя не похож, а я... Я наполовину умер с Поликсеной, мне остались только море и долг. Попробуй это понять хотя бы сейчас! <...> — Ну, твоё высочество, <...> ты и сравнил... Дядюшка Везелли, с которым мы грызли друг дружку лет двадцать, и незнамо что. — Ротгер, я уважаю твою потерю... — Не уважаешь, иначе не нёс бы чушь. Наливай, у меня руки заняты. — Любовь — не чушь! — Только ты, в отличие от дядюшки, ни кошки не любил. И кошку тоже не любил. Ты не знаешь, как твоя любовь чихает, как сопит во сне, как смеётся. Она ни разу не влепила тебе пощёчину, не велела надеть тёплый набрюшник, не уселась, когда ты прокладывал курс, на карту, чтобы услышать, как ей идёт новая ленточка... Ты умозрителен, а потому твои страданья — дым.

— Ротгер Вальдес · книга

Отложенная неприятность – это две неприятности.

— Рокэ Алва · книга

– ... Несколько минут назад я себя скверно почувствовал, но, сам не понимаю зачем, заставлял себя говорить. – Ну хоть чего-то ты не понимаешь!

— Валентин Придд · книга