Я вижу, черт возьми, при размышленье зрелом, Что грусть была бы мне неподходящим делом. Я молод, недурен, есть средства у меня, Есть имя громкое и знатная родня. И хоть всем этим я обязан предков славе, Но все ж на чин любой рассчитывать я вправе.
Я не из тех, Что сносит холодность и терпит неуспех. Кто жалок, некрасив, пусть без ума влюбленный, Терзается у ног богини непреклонной. Пусть неудачники, вздыхая без конца, Слезами размягчить стараются сердца, Стремясь путем мольбы и длительной осады Добиться наконец желаемой награды. Но мне подобные... Я не привык, маркиз, Чтоб дамы на меня смотрели сверху вниз.
Согласен я, что всюду ложь, разврат, Что злоба и корысть везде кругом царят, Что только хитрости ведут теперь к удаче, Что люди бы должны быть созданы иначе.
Быть может служат нам людские надостатки, Чтоб философии в нас развивать зачатки, Для добродетели занятья выше нет! Когда бы честностью был одарен весь свет И были все сердца чисты ти благородны, То добродетели нам стали б непригодны.