Жан Бодрийяр. Симулякры и симуляция

Симулякр никогда не является тем, что скрывает истину – это истина, которая скрывает, что её не существует.

Забвение истребления является частью истребления, поскольку это также истребление памяти, истории, социального, и т. д.

Мы находимся в мире, в котором всё больше и больше информации и всё меньше и меньше смысла.

Тюрьмы служат для того, чтобы скрыть, что весь социум, благодаря своей банальной вездесущности, является тюрьмой.

Фактически власть существует сегодня лишь для того, чтобы скрыть, что её больше нет. Эта симуляция может продолжаться бесконечно, потому что в отличие от «истинной» власти, которая является или являлась определённой структурой, стратегией, балансом сил, определённой целью, сегодняшняя власть – лишь объект общественного спроса, и, как объект закона спроса и предложения, она уже не является субъектом насилия и смерти. Полностью лишённая политического измерения, она зависит, как любой другой товар, от производства и массового потребления. Не осталось даже проблеска власти, осталась одна только фикция политического универсума.

Симуляция – это уже не симуляция территории, референтного сущего, субстанции. Она – порождение моделей, реального без первопричины и без реальности: гиперреального.

Люди полны желанием всё забрать, всё опустошить, всё поглотить, всё ощупать руками. Наблюдение, расшифровка, познание – это их не устраивает. Единственная массовая страсть – это страсть ощупывать руками.

Организуйте фальшивое ограбление. Убедитесь в том, что оружие ваше никому не причинит вреда, и выберите себе заложника понадежнее, чтобы ни одна человеческая жизнь не подверглась опасности (вы же не хотите превратиться в преступника). Потребуйте выкуп и сделайте так, чтобы операция получила как можно большую огласку, — словом, все должно выглядеть правдоподобно, ведь вы испытываете реакцию машины на идеальный симулякр. У вас ничего не получится: сеть искусственных знаков безнадежно перепутается с элементами реальности (полицейский по-настоящему откроет огонь; посетитель банка потеряет сознание и умрет от сердечного приступа; кто-нибудь и в самом деле отдаст вам липовый мешок с деньгами) — короче говоря, вы снова, сами того не желая, окажетесь в реальном, которое для того и существует, чтобы уничтожать попытку симуляции и сводить все к реальности…

Люди больше не смотрят друг на друга – для этого существуют культурные и социальные институции. Они больше не прикасаются друг к другу, но существует контактотерапия. Они больше не ходят, но занимаются оздоровляющим бегом и т. д. Всюду восстанавливают утраченные способности, или деградировавшее тело, или потерянную социализацию, или утраченный вкус еды.

Власть может изобразить своё собственное убийство, чтобы найти просвет существования и легитимности.

Сентиментальность – лишь бесконечно выродившаяся форма зверства, расистского сочувствия, нам надо унизить животных, чтобы вызвать сентиментальность по отношению к ним.