Амелии стало жутко. — Ты узнаешь меня с другой стороны, Катарина, — Алехандро понизил голос, добавив жути своей шуткой. — Но загримированный, не сможешь поцеловать меня. Полагаю, костюма будет достаточно. — Я и не буду целовать, я стану пить твою кровь, вонзившись в шею своими клыками! — лицо возлюбленного исказилось в зловещей гримасе. — Прекрати, Алехандро, мне страшно!