Но я предупреждала вас, что я живу в последний раз. Не ласточкой, не кленом, не тростником, не звездой, не родниковою водой, не колокольным звоном. Не стану я людей смущать и сны чужие навещать неутоленным стоном.
Как-то раз в поверхностном веселом разговоре я спросил Ахматову, куда девались нежные, неумелые, притягательные своей беспомощностью женщины, те самые — слабый пол. «А слабые все погибли, — сказала она, сразу отбросив легкомысленный тон. — Выжили только крепкие».