Чак Ноланд

Время наш друг и время наш враг. Оно не прощает, когда к нему поворачиваются спиной.

Я сделал это. Сделал! Огонь! Давай, огонь, разгорайся! Сильней! Вот, смотрите. Смотрите! Сигнальный костёр! Он посылает знак SOS! Это целый звездопад. Светлячки, летите отсюда! Вы свободны. Смотрите все, что я сделал. Я добыл огонь! Я добыл огонь!

Если бы все грузовики успели к самолету, то для русских это было бы чудом.

У нас есть шанс, ты можешь это понять? Лучше я рискну и сгину в океане, чем всю жизнь буду сидеть на этом проклятом острове, общаясь с волейбольным мячом!

Вкусная штука — крабы! Особенно в такой момент. Я бы долго не протянул на кокосовых орехах. Кокосовое молоко — натуральное слабительное. В кино о жизни на островах об этом ни слова!

Уилсон, вернись! Вернись! Прости меня за всё, только вернись!

И я знаю, что я должен делать дальше... Я должен продолжать дышать, потому что завтра снова взойдет солнце, и, кто знает, что принесет с собой прилив...

Единственное, что было в моей власти — это решить, где, как и когда я расстанусь со своей жизнью.

Вы узнали наш логотип? Эту посылку я отправил самому себе по «ФедЭкс», когда уезжал из Мемфиса. Вам, наверное, интересно, что в ней. Может быть, архитектурные планы? Технические чертежи? Новые обои для ванной? Это часы. Я поставил таймер на ноль. А теперь на них восемьдесят семь часов, двадцать две минуты и семнадцать секунд. Из Мемфиса в Америке до Николая в России — восемьдесят семь часов. Восемьдесят семь часов!! Это возмутительно! Здесь был всего лишь кухонный таймер. А мог оказаться чек с вашей зарплатой, лекарства или документы на усыновление. Вселенная была создана за меньший срок! За восемьдесят семь часов развязывались войны и гибли народы!