Цирцея

Думала, матерью быть легко, пока ею не стала.

— Мадлен Миллер

Можно научить гадюку есть с руки, но нельзя лишить ее желания жалить.

— Мадлен Миллер

— Мне всегда казалось нелепым, что люди вступают в войну. Даже если они завоюют что-то, наслаждаться этим будут лишь считанные годы, а потом умрут. Но скорее всего, погибнут, так…

— Мадлен Миллер

Поэты, по-моему, только и пишут, что об униженных женщинах. Будто если мы не плачем и не ползаем в ногах, то и рассказывать не о чем.

— Мадлен Миллер

Иной раз и неведением нужно удовлетвориться.

— Мадлен Миллер

Нет ничего губительнее для колдовских чар, чем страх неудачи.

— Мадлен Миллер

Я понимала: он тоже кинжал. Иной, но все-таки кинжал. Ну и что. Пусть меня ударит клинок. Есть вещи, за которые стоит пролить кровь.

— Мадлен Миллер

Понял он, чего мне стоили эти слова? Нет, вряд ли он мог. Таков дар юности – не чувствовать себя в долгу.

— Мадлен Миллер

Я ничего не умела, поэтому ничего не считала ниже своего достоинства.

— Мадлен Миллер

Как боги страшатся боли – не передать. Нет ничего другого, столь чуждого им, и потому ничто другое они не жаждут видеть столь болезненно.

— Мадлен Миллер

Великие боги способны учуять страх, как акулы – кровь, а учуяв – сожрать тебя, как те самые акулы.

— Мадлен Миллер

Смертных убивают каждую минуту – мечи и кораблекрушения, свирепые звери и свирепые люди, болезни, небрежение, старость. Такова их участь, как говорил Прометей, такова их общая ист…

— Мадлен Миллер

Полно, говорила я им, все не так плохо. У свиней свои преимущества, цените их. Свинья проворна и скользка от грязи – поймать ее трудно. Она приземиста – сбить ее с ног нелегко. Св…

— Мадлен Миллер

– Из-за чего же бились? – Посмотрим, вспомню ли все. – Он стал загибать пальцы. – Месть. Страсть. Спесь. Алчность. Власть. Что я забыл? Ах да, тщеславие и уязвленное самолюбие.

— Мадлен Миллер

Он и впрямь был подобен океанической волне. Оглянешься, а берегов уже не видно.

— Мадлен Миллер

Я думала когда-то, что боги – противоположность смерти, но теперь вижу: они всего мертвее, ибо не меняются и ничего не могут удержать.

— Мадлен Миллер