Я знал, что нужно что-нибудь сказать, чтобы снять напряжение. Поэтому я повернулся к ближайшему солдату, звали его... Хендрикс, кажется. Спросил, как поживает его мать. «Отлично» — ответил он. «А что?». «А то что мне говорили, что твоя мать так страшна, что пехотинцы едва не застрелили её, приняв за турианку». Ну, кое-кто улыбнулся. Потом Хендрикс на меня посмотрел и сказал... «А мне, говорили, Андерсон, что это из-за фотографии твоей матери война началась. Она напугала турианцев до усрачки». Вот тогда все хорошо поржали. Иногда только этого и не хватает — шутки, дружеского удара по плечу. Нужно напомнить, что всё будет хорошо.
