Долбушин

– Что – это – такое? – раздельно спросил Долбушин. Телохранитель Андрей медлил с ответом. Елку сложно перепутать с арбалетом или с кухонным столом. Тяжелый зонт ударил по паркету. – Я спрашиваю: что это? – нетерпеливо повторил глава финансового форта. – Ну так же… елка! – И что она тут делает? – Завтра первое января! – осторожно ответил Андрей. Долбушин прищурился: – Считаешь, без елки я об этом не узнал бы? А когда тебе потребуется тонко намекнуть, что завтра Восьмое марта, ты повесишь у меня на двери портрет Розы Люксембург?

— Ничего себе езда! Ты нас чуть не угробил! Ты права получал или тебе их подарили? — Не груби! — Сам виноват! Ты был не прав, когда в детстве баловал меня и позволял мне на тебя орать! Ты должен был меня постоянно одергивать! — Давай я дам тебе по голове прямо сейчас! — предложил Долбушин. — Поздно! Я уже сформировавшаяся личность! — возразила Рина.

– Странно! Каждый вечер я жду, что проснусь, и увижу, что вы украли у меня телевизор и сбежали, – сказала Мамася. – Но каждое утро телевизор упорно оказывается на месте! Долбушин перестал резать лимон и взглянул на телевизор. – Его никто не покупает, – сказал он.

– Вы изменились, – внезапно сказала Лиана. – Почему? – Вы сегодня улыбнулись два раза. Даже три. – Раньше я разве не улыбался? – Раньше вы скалились. В лучшем случае это можно было назвать судорогами лицевых мышц.

— ... Тот жук полз и через скалы, и по воздуху, и под водой, но чудовищно медленно... Что я с ним только не делал! Даже бросил в доменную печь. Жука вплавило в брусок, а он даже лап не опалил! Сомневаюсь, что он вообще догадывался о существовании печи. Просто полз себе и полз. Закончилось всё тем, что я забыл его в своём сейфе. За месяц он прополз через четыре сантиметра стали и куда-то сгинул. — ... Ваш жук был... как трехмерная муха, которая бежит по плоской двухмерной картине. Вот она бежит эта муха, пробегает огонь, воду, атомный взрыв, солнце — и ничего не может её остановить. Муха даже не замечает их, потому что мухи не интересуются картинами.

– Это ты виноват! – опережая его, заявила Рина. – Почему я? – Еще не придумала. Когда придумаю – скажу…

– У меня есть муж! – торжественно сказала Мамася. Она принадлежала к числу тех женщин, которые всякому новому человеку обязательно сообщают, что у них есть муж. Долбушин пошарил глазами по кухне, но мужа не обнаружил. Возможно, он спрятался за батареей. – Поздравляю! А у меня вот мужа нет, – сказал Долбушин.

— ... Сашке я позвоню, чтобы меня не ждали и не волновались. — Какой еще Сашка? Друг? — быстро спросил Долбушин. — Не враг же. Представь, я буду звонить всем врагам и просить их не ждать меня и не волноваться. — Лучше делать это после двенадцати ночи. Тогда до утра они точно не заснут! — со знанием дела посоветовал Долбушин.