Джим Кэррол

Это был сон, а не кошмар. Красивый сон, о котором я и не мечтал. Я видел рядом девушку, она не была красивой, но стоило ей улыбнуться... горячая волна обдавала меня, пропитывала моё тело и выходила из пальцев яркими вспышками света. Я понял, что где-то на белом свете есть любовь и для меня.

Поначалу ты позволяешь себе это по субботам. Чувствуешь себя крутым, как гангстер или рок-звезда. Это разгоняет скуку и понемногу входит в привычку. Тебе так хорошо, что потом ты начинаешь делать это по вторникам, по средам... И всё! Ты завяз... Каждый умник считает, что с ним этого не произойдёт.

Наркоманы... Бывают разные. Есть богатые дилетанты, которые лишь балуются наркотиками. Они в любой момент могут рвануть на Ривьеру. Если почувствуют, что подходят к черте. Уличные наркоманы ненавидят этих придурков, но терпят. У них можно разжиться деньгами. А есть щенки из верхней прослойки среднего класса. Они нужны для того, чтобы открывать глаза своим мамочкам и папочкам на социальную проблему и давить на правительство, чтобы оно суетилось. И есть мы, уличные пацаны. Мы рано начинаем шляться по улицам. Лет с тринадцати. Здесь у нас все под контролем. Нас много. Мы никогда не переведемся. Я тому живой пример. И каждый день, как на работу, мы выходим на промысел. Чтобы скорее принять дозу и забыться.

Когда мне было лет 7-8, я пытался подружиться с Богом, приглашая его к себе домой посмотреть бейсбол. Он так и не пришёл…

Ты думаешь, стоит захотеть, и ты бросишь, но это как сон. А сон нельзя остановить. Он продолжается вопреки твоей воле. И вдруг ты понимаешь, что ты бессилен.

Человек растет, а дождь остается на ветвях деревьев, которые будут жить и после нас. И хорошо, что есть дождь. Он все очищает. Вместе с ним уходит грусть. И улицы такие мытые после дождя, что хочется плясать.

Мама думает, у меня насморк круглый год. Везде грязные салфетки.