Фейга

Человеку нужен человек. Можно бесконечно долго говорить о том, как красиво, возвышенно и наполнено уединение, но оно бессмысленно, если из него некуда вернуться. Без людей жизнь теряет краски.

На нём рубашка морского цвета, с деревянными пуговицами — его любимая, потому что в ней море, а море «всегда друг».

Если ты живешь настоящим, значит живешь вечно.

Люди жалуются на однообразие, забурившись в свои земные противостояния и не желая поднимать головы. На небе солнце восходит и заходит, облака живописно растягиваются в движении, звёзды прячутся и появляются — там жизнь всегда продолжается. Герои вечных драм, мы не замечаем истинной красоты в ожидании чего-то более яркого. А что может быть ярче рассвета? Разве что закат.

Всегда мысленно разговариваю с дорогими мне людьми — делюсь тем, что вижу, чувствую, слышу. Мы родственные души, такая связь выше расстояний, преград, обстоятельств.

Однажды Яхмур спросила меня: «Что главное в жизни?». Я непроизвольно ответила: «Верить». Вера — это человеческая сила. Движение возможно и без нее, но оно будет лишено смысла.

... Яхмур никогда не видела моря. Спрашивает о нём. «Какое оно? На что похоже?». Я подбираю подходящую метафору и в конце спонтанно предлагаю: «На людей. Такое же разное».

Отчаяние — часть дороги человека.

...свобода возможна! Мне кажется, она наступает, когда человек принимает свои зависимости как часть свободы.

Отец Хандан, преподаватель-суфий, объяснял им, что все религии — это реки, впадающие в одно море под названием любовь. «Доченька, эти люди тоже часть Творца. В них живёт любовь, но они её не слышат».

Хандан расчесывает мои волосы деревянным гребнем. За последние два года они отросли, вернулся блеск. Может, оттого, что я покрываю их платком?

Сегодня Яхмур спросила, откуда я знаю, что твое имя начинается на «Э», если «вы не смотрели вместе на море»...все это на уровне чуввств, которые порою не объяснишь... Чувства — это вера.

...ты когда-нибудь видел, как цветёт кизиловое дерево? Зонтиками золотисто-желтых соцветий, пахнущих тревожным морем. В саду Чимназ росло пять кизиловых деревьев, посаженных плотным кругом. Она говорила, что, если провести три утра под цветущими кизилами, страхи человека проходят.

Быть готовой нести ответственность за то, чем наполняю себя, свою жизнь. Видеть там, где темно, и слышать там, где тихо, принимая то, что не могу изменить. Не настаивать ни на одном своём слове, напоминая себе, что качество мира — постоянные изменения. Не делать ничего в жизни из-за страха или по инерции, только из любви. Не потеряться в том, чего нет, и не жить так, будто впереди сто лет.

Страх смерти рождает не неизвестность, а непрожитая жизнь.