Гельмут Бурдейс

— Почему ты им помогаешь? Они даркийцы, а ты имперец. — Я солдат. У меня есть приказ, и я его выполню. — Значит, всё дело в том, что тебе приказали. Иначе ты бы и пальцем не шевельнул. — Думай, как хочешь. Соглашусь, что я, как и многие мои соотечественники недолюбливаем даркийцев. Но моё личное мнение не имеет никакого значения в этой операции. Я солдат, и я выполняю свой долг. — Даже если приказ выдаёт Галлия? — Официально или нет, но я здесь для того, чтобы закрепить перемирие. А значит, мне необходимо подчиняться любым приказам, которые мне выдаст Галлия. Я делаю, что могу, ради своей страны. Я не прошу твоего понимания. Хоть мы и в одном отрядеотряде, ты всё ещё даркиец. Но есть драгоценная надежда, что когда-нибудь мы сможем друг друга понять. — Соглашусь с тобой. Мы никогда не забудем то, что нам сделала Империя. Но я и не забуду и то, как ты сейчас помогаешь жителям этой деревни.