— Хэнк, как ты себя чувствуешь? — Ну раз уж ты спросил... Я чувствую себя, будто сам Господь поднял меня голыми руками, потом положил меня на полотно ржавых гвоздей, задрал мне ноги за голову, связал меня и всунул. Без вазелина, без смазки, без ничего даже не послюнявил. Потом этот ублюдок взял шлем Дарта Вейдера, надел этот шлем себе на конец и засадил мне по самые гланды, и этим он уничтожил мою красивую девственную попку, мой сладкий коричневый бутончик, а затем вынул, кончил мне на сиськи, вытер свой хер об занавески и оставил меня подыхать.
Когда я буду внизу, то хотел бы видеть завитки на лобке. Я не говорю о пышных кустах из Playboy 70-х, а о чём то, что покажет мне, что кунилингус я делаю взрослой женщине.
— Я знаю, о чем ты говоришь. У меня вся жизнь промелькнула перед глазами, как видеозапись на перемотке. И знаешь что, это было жалкое зрелище. — Я тебе верю.