«Ааз, — строго сказал Иштван, — даже твой юмор в какой-то момент становится таким тонким, что его уже и не видно.Ааз, — строго сказал Иштван, — даже твой юмор в какой-то момент становится таким тонким, что его уже и не видно.— Роберт Асприн · книга